Тренируйся, расти над собой, тянись до уровня специалиста – потом посмотрим.
Знаете, а я и спорить не стал. Достаточно того, что ствол есть у Феди. А с ним рядом – как с танком, спокойно и надежно.
Итак, вы уже поняли, что мы все это время отнюдь не сидим сложа руки, а непрерывно и усиленно готовимся.
К чему? Не знаю! Понятия не имею. Но врасплох себя взять не дадим. Не дождетесь...
Так, Федя пошел «до коновязи» – теперь самое время сказать пару слов про Ленку."
"Я давеча обещал вам оправдаться за то, что мы постоянно идем у Ленки на поводу и практически каждые выходные занимаемся таким вот непродуктивным и небезопасным «досугом», описанным в первой главе.
Так вот – оправдываюсь.
Напомню еще разок: мы с Федей считаем, что толку от всех этих шалостей нет ни на грош, и вот таким образом бороться с Системой – занятие не просто бессмысленное, но где-то даже и вредное: в плане перспектив глупого подражательства со стороны наиболее впечатлительных поклонников наших «подвигов».
Нет, мы не против борьбы как таковой.
Но мы пока что не видим, как можно делать, чтобы борьба была результативной, продолжительной и хоть сколько-нибудь перспективной.
Почему же мы развлекаемся по выходным детскими шалостями, если не хотим этого делать?
Да потому что Ленка – искусный манипулятор.
Первую бредовую идею из серии «поехать на проспект Махмудова и наказать злого москвоздюка Аббасова за распространяемые в Сети антирусские лозунги» мы стоически игнорировали.
– Долго думала? Хочешь наказывать – делай это сама.
– Да не вопрос! Лучше уж самой, чем с такими тюфяками...
Ленка взяла камеру, положила в багажник биту и – что бы вы думали? В самом деле уехала одна!
Мы полагали, что она встанет где-нибудь за поворотом, с полчаса будет дуться и умеренно истерить, а потом вернется и на этом все закончится.
Час прошел – нет.
Телефон молчит.
Два прошло – нету...
Ленки не было пять часов. На звонки она не отвечала – мы все извелись, не знали, что делать, где ее искать, к чему готовиться.
.. Это была настоящая пытка. А мы ведь сами сказали ей: делай это сама...
Через пять часов Ленка вернулась. Окровавленная, избитая, но вместе с тем излучающая какое-то странное, можно сказать, сумасшедшее торжество. Зеркала на машине отсутствовали, лобовое стекло – в паутине трещин.
– Пошла мыться, – умиротворенно бросила нам Ленка, ковыляя в летний душ (а другого у нас тут нет). – Гляньте, как там записалось...
Взяли камеру – тоже в крови, посмотрели запись.
