Более того, тут наблюдается перекос обратного порядка: когда дежурит Ленка, в отношении Борман-Ромы допускается откровенный геноцид – они все ей таскают, чистят картошку и моют посуду. И попробуй только кто пикни: такое устроит – десять раз пожалеете, что рот раскрыли!
Короче, су... эмм... суровая она у нас, вот что.
Ну все, про быт хватит. Пора уже и...
– А тренировки? Дежурство? Система безопасности?
– Думаешь, надо?
– Конечно! Без всего этого твой быт гроша ломаного не стоит. Потому что без всего этого твой быт был бы в тюрьме или вообще в Царстве Теней, причем в отделении для слабоумных рахитов.
– Ну, спасибо, брат...
– Да не за что, бери еще. Давай, в двух словах – про службу.
Ладно, коли так. Даю про «службу».
* * *Работаем мы пять-шесть часов, дорога в оба конца занимает еще два с половиной часа, спим тоже пять-шесть часов. Как мы проводим досуг в выходные дни, вы уже знаете, нетрудно посчитать, что в будни у нас остается примерно десять часов свободного времени. Вы думаете, мы все это время отдыхаем и копим силы для великих свершений? Как бы не так! Эти десять часов расписаны буквально по секундам: Федя нас системно тренирует и вообще очень жестко «держит в рамках».
Правильнее будет сказать – дрессирует.
Вам не доводилось работать грузчиками? Если нет, сообщаю – это очень тяжелый труд. Особенно для компьютерных сидельцев, типа меня – в первый месяц я буквально с ног валился, болел и плакал; мой изнеженный организм тяжело и долго перестраивался.
И вот представьте себе: вдобавок ко всем этим трудностям приезжаем мы с работы домой, уставшие и вымотанные, и – пожалуйте на кросс по пересеченной местности! Это вместо пивка под сигарету да томной расслабухи.
«Пятерочка» – это как ежедневная норма. Нет, это не цифра на посуде с пивом, это пять километров! Затем – несколько «соток» с полным напряжением, и уже потом, в завершение – обязательная растяжка (не путать с разминкой перед бегом – это совсем другой вид пытки, заимствованный, видимо, от заплечных дел мастеров из кремлевских подвалов).
В общем, мы регулярно бегаем, а в выходные до полного посинения занимаемся спаррингами – в свободное от «досуга» время.
Ей-богу, в первый месяц я был уверен, что сдохну. Мне дико повезло, что Федя еще не окреп после побоев и мы, в соответствии с его терминологией, занимались сугубо по «рахитским» нормативам.
– Да куда б ты делся! Человечья организьма – она такая, привыкает к любым нагрузкам.
– Да уж, это точно...
