Мальчик тыкал в нее кулаками, пытаясь освободиться.
Их заслонила старуха, толкающая перед собой проволочную тележку. Вздрагивали на ней тючки, взмахивал перьями пышный цветок, воткнутый между сеток.
– Вот это да-а… – растерянно сказал Водак.
Звякнуло, расседаясь, стекло. Изумительно чистый, нетронутый ручеек молока вытек из магазина. Его немедленно затоптали. Все куда-то бежали. Стремительно и бестолково, как муравьи, если разворотить муравейник. Во все стороны сразу.
Не понимая, по-видимому, откуда грозит опасность.
– Эвакуация гражданского населения, – опомнившись, прокомментировал Клейст. – Это которое якобы в первую очередь. – Оступился на покатившейся круглой баночке из-под пива. – Ах черт, вляпались!.. Ну, сделай, майор, что-нибудь, ты же – власть…
Водак, будто во сне, потрогал щеку, выпирающую порезом.
– Какая из меня власть? Я же – бюрократ, с бумажками имею дело, чиновник…
– Ну, какая ни есть, – настойчиво сказал Клейст.
Трехосный приземистый грузовик, точно еж, ощетиненный людьми и вещами, загородил улицу. Мятым радиатором он упирался в граненый железобетонный столб фонаря. Тот, переломившись посередине, пронзал лапой стекла на втором этаже. Повисли сорванные провода. Слабо искрил контакт, показывая, что напряжение в сети все-таки есть. Рослый мужчина с рюкзачком на спине пританцовывал на покрышке. Пытался протиснуться в низкий кузов, его молча отпихивали.
В просевшем грузовике теснились даже на крыше. Мужчина упорно лез, орудуя перед собой ящичком, похожим на гробик. Тогда кто-то из кузова, не поднимаясь, ударил его в лицо. Тело откинулось в воздухе и грохнулось об асфальт. Слышно было, как мокро, будто арбуз, хрупнул затылок.
Два длинных “призрака” вынырнули из-за угла и поплыли вдоль улицы, пошатываясь, точно пьяные. Этакие колонны высотой в два человеческих роста.
Уже сытые – переливающиеся всеми цветами радуги. Вот они случайно соприкоснулись наэлектризованными верхушками – вылетел громкий треск, проскочили зеленоватые молнии.
– Майор!.. – воззвал Клейст.
Водак вытащил из кобуры пистолет и выстрелил в небо. Тотчас от группы людей, которая копошилась у радиатора, подбежал к нему взъерошенный лейтенант без фуражки. Вытянулся и приложил руку к пустой голове.
