Возвращайтесь обратно, ваша квартира свободна. Мы восстановили там всю прежнюю обстановку.
А теперь - дополнение к показанному материалу.
В трубке что-то негромко щелкнуло, и Рита, как будто из могилы, произнесла:
- Сережа, я тебя жду. У меня все в порядке, но ты поторопись, пожалуйста. Я тебя очень прошу: приходи обязательно...
И опять внутри что-то щелкнуло.
- Эй!.. - растерянным шепотом сказал я. - Подождите минуточку, не разъединяйте!.. - Из прихожей я видел Риту, раскладывающую в это время салфетки. Она чуть прогибалась - так, что обрисовывалась фигура.
Чувствовалась в ней некоторая оживленность.
И одновременно она находилась за десять лет от меня и безжизненным ровным голосом говорила, точно под чью-то диктовку.
Повеяло сквозняком.
- Алло! Я вас слушаю!..
Трубка, однако, молчала - не было ни обычных легких потрескиваний, ни гудка. И только когда я положил ее обратно на аппарат, что-то слабенько тенькнуло, свидетельствуя, что линия заработала.
- Все в порядке? - спросил Зоммер, появляясь в прихожей.
- Да, - надеясь, что он не прислушивался, кивнул я.
- Ну и отлично! Зовут...
Зоммер что-то жевал, равномерно двигая челюстью, - проглотил и понюхал затем следующий кусок колбасы. И лицо его выразило очевидное наслаждение.
Светлые глазенки замаслились.
- Вкусно, - сказал он...
Мне казалось, что в помещении пахнет дымом. Это было довольно обширное гулкое помещение с мощным каменным нефом, поддерживающим низкий свод, совершенно без окон и находящееся, видимо, ниже земной поверхности.
Вероятно, было сделано все, чтобы придать ему некоторое подобие уюта: темным бархатом была задрапирована облезлая штукатурка стен, прикрывая кирпич, висели картины религиозного содержания, громоздился в простенке двух ниш распятый деревянный Христос, причем краска на дереве уже местами облупилась, еле слышно шуршал, по-видимому включенный, кондиционер, и ворсистый ковер растянулся от нефа до каминной решетки. Желтело медное ограждение. Полукругом стояли три кресла с широкими подлокотниками, и торчал перед ними на тумбочке прямоугольник плоского телевизора видеоаппаратура возле него образовывала уступчатую пирамиду.
Здесь был даже высокий и узкий аквариум: в яркой-зеленой воде, между водорослями, подсвеченные люминесцентными лампами, еле-еле подрагивали плавниками лунообразные рыбы. Сплюснутые их тела походили на игрушки из дымчатого стекляруса, выделялись лишь бусины внимательных глаз и раздвоенные хвосты со слюдяными прожилками.
Дыма, вроде бы, не было.
