Как ни странно, но вид у него был скорее сочувствующий.
– Ну, закуришь? – спросил он, вскрывая твердую пачку. – Не стесняйся, Серега, Виктория твоя не узнает… – А когда они закурили (причем, компанию пришлось поддержать), то добавил, обтирая импортную зажигалку. – Ну что скажешь? Какие будут еще предложения?..
– Надо искать, – немедленно ответил Сергей.
А сглотнувший эти слова Харитон затянулся и выпустил в потолок струйку дыма.
– Что искать, где искать? Может быть, ты подскажешь?
Вопрос был убийственный.
– Не знаю, – честно ответил Сергей.
Лично он разобрал бы здание «Детского мира» до основания: стены, перекрытия, потолки, – снял бы крышу подвала, а задний дворик перекопал бы метров на десять. Должно ведь что-нибудь обнаружиться.
Но другим этого было не объяснить.
– Не знаю…
Харитон поразмыслил.
– Хреновая ситуация, – наконец сказал он. – Ты, надеюсь, догадываешься, что все это – на грани законности. Да и вовсе за гранью – может быть грандиозный скандал. Это ты понимаешь?
– Понимаю, – кивнул Сергей.
– А ответит кто, если эта… Альдина… пожалуется прокурору? Кто тогда, скажи мне, ответит?
– Надо искать…
Харитон покачался в раздумье с носков на пятки, поглядел на Сергея, как будто оценивая его, и эффектным щелчком выбросил наружу хабарик.
Губы у него искривились.
– Ладно, – отрезал он. – Ничего не поделаешь. Пойду извиняться.
И, по-видимому, опасаясь, что возникнет конфликт, отвернулся и с полупоклоном переместился к Альдине.
Крепкое мужественное лицо выражало раскаяние.
Сергей видел, как он склонился пред ней, предложил сигарету, поднес язычок зажигалки, а потом зажурчал – чуть танцуя и делая округлые жесты. Приносил, вероятно, соответствующие извинения. Вот – кивком головы указал на подошедшего Пекку, и тот тоже закланялся, страдальчески морщась.
На Сергея они не обращали внимания.
Ждать было нечего.
Сергей судорожно затянулся и, не прощаясь, вышел из магазина.
Однако, обернулся в дверях.
Альдина стояла между Пеккой и Харитоном и, наверное, слушала их путаные объяснения.
Но на Харитона она не смотрела – смотрела она на Сергея, и во взгляде ее, как ему показалось, блеснуло скрытое торжество.
У него появилось ощущение обреченности.
Город был небольшой, расползшийся вдоль гладкой реки, за рекой низлежали обширные болотистые пространства, а за сопками, которые находились с другой стороны – перепаханные поля, засаженные картофелем и капустой.
