Сергей хотел заметить ему, что решено-то, мол, решено, да не рано ли: три года до окончания школы, и потом, неплохо бы поставить в известность родителей, но, взглянув на увлеченную физиономию Дрюни, неожиданно для себя уяснил, что, быть может, и не надо в эти отношения вмешиваться, может быть, им и в самом деле виднее, и пускай все происходит так, как оно происходит. Годы, в крайнем случае, откорректируют. Он только подумал, что с Веткой у них было совсем иначе: не так быстро и без какой-либо определенности, но с другой стороны и время сейчас иное, отплывает в прошлое целая историческая эпоха, и не стоит, наверно, использовать прежние установки.
Ему представилось ясно, что их с Веткой жизнь до некоторой степени завершилась, ну, быть может, не завершилась, но перешла в иную категорию измерений, в категорию старшего родительского поколения: образуют ли Дрюня с Мусей семью, не имеет значения, может быть, и расстанутся, учиться еще три года, но вот с Веткой они точно уже перевалили за середину, и, наверное, следует быть готовым к наступающей осени.
Он представил себя седого, с замедленными движениями, как он вечером спускается в сад и вдыхает лиственную прохладу, и как Ветка, чуть горбясь, берет его под руку, и как долго смотрят они на остывшее солнце. Он, конечно, умом понимал, что будет это еще не скоро, но одновременно и чувствовал, что это все-таки будет, и фатальная неизбежность наполнила его не грустью, а умиротворением. Словно ничего другого ему и не требовалось.
И, заколотив последний, укороченный лист, он с удовлетворением выпрямился, обозревая работу:
– Ну, ребята, я думаю, что на сегодня достаточно.
Это надо же: оба ската отремонтировали. Вот, что значит работать с квалифицированными помощниками. А теперь – умываться и ужинать, как положено. Поглядим-поглядим, что нам там приготовила Виктория Александровна…
Он обернулся к дому, где в трех окнах отражался закат, Ветка в этот момент как раз появилась на заднем крыльце и махала рукой, немного поднимаясь на цыпочки:
– Давайте заканчивайте!.
.
В легких сумерках белел ее фартук, обшитый красными петухами.
Дрюня солидно кашлянул.
– А когда будем рейками обивать? Не обить, так после первого же дождя покоробится…
Ему, видимо, нравилось чувствовать себя настоящим хозяином.
– Завтра, завтра, – ответил Сергей. – Не успеем уже сегодня, темнеет. Вообще, любое дело должно быть в охотку. – Он, напрягшись всем телом, потянулся до хруста в суставах. – Эх… сейчас навернем чего-нибудь аппетитного.
