Если резинку снять, тогда – да. А так просто – залепит по лбу, и никаких последствий..
Она коротко хохотнула.
– Сколько стоит? – нерешительно поинтересовался Сергей. – Сколько-сколько? А вы на ноль не ошиблись?
Продавщица снисходительно пожала плечами.
– Разумеется, дорого, зато красиво. Ну так что, Сергей Николаевич, покупаете? – Что-то вроде презрения мелькнуло в ее глазах. Невысказываемое презрение к тем, кто вкалывает, а денег все равно не имеет. – Впрочем, заплатить вы можете позже.
Ничего-ничего, я ж вас знаю…
Сергей опомниться не успел, как завернутый арбалет оказался у него под мышкой. Коробка была красивая, и отказываться стало неловко.
– Собственно, я не за тем… – начал он. – Собственно, я зашел – насчет мальчика. Мальчик у нас в школе исчез, может, слышали?..
Он еще рассказывал что-то – с ненужными подробностями, объясняя, но, наверное, продавщица уже нажала кнопку звонка, потому что появилась из глубины черноволосая женщина и, кивнув, суховато, но вместе с тем корректно спросила:
– Чем могу быть полезна, Сергей Николаевич?
Она была в деловом темно-синем костюме с желтой блузкой, воланчиками выбивающейся из-под лацканов, и, наверное, выглядела бы даже красивой, если бы не толстые линзы очков, как будто вставленные в глазницы.
Из-за этого глаза казались искусственными.
– По поводу мальчика, – произнесла продавщица.
И, по-видимому, директор магазина посторонилась:
– Ну что ж, заходите.
Они прошли коридорчик, в котором отсутствовал свет, и, слегка повернув, очутились в довольно грязном маленьком кабинете, вероятно, использовавшемся заодно и как подсобное помещение, потому что громоздились коробки вдоль двух его стен, а в проеме меж ними валялись картон и оберточная бумага. Здесь директор усадила Сергея за крохотный столик и, усевшись напротив него, объяснила:
– Не знаю, чем я еще могу быть полезна. Все, что было, я уже рассказала милиции.
Этот мальчик, мне кажется, вчера забегал в магазин. Правда, я не могу поручиться, что – именно этот мальчик. Потому что мальчишки время от времени – забегают. А к тому же я только мельком заглядывала в торговый зал, но, похоже, что он действительно здесь появлялся. Но вот больше я ничего сказать не могу. Я с ним не общалась никак и не разговаривала. Продавщица же наша, Людмила, его вообще не помнит… – Она непринужденно заметила.
