Он будет издеваться надо мной каждой фразой?
Почему он вообще ведёт себя… так?
Настолько вызывающе? Будто его раздражаю не только я, но и всё, что происходит вокруг?
— Будь ты обычной милой девушкой, я бы предложил подойти к воде и отпить, — словно читая мои мысли, добавляет брюнет.
Сердце пропускает удар — мысли о магии вытесняют остальное. Я забываю о чешуйчатом идиоте и шагаю к светящемуся бассейну. Замечаю на его краю серебряный черпак, но потянуться не успеваю.
— Стой. — Тейнан опережает меня, и его голос становится куда серьёзнее.
— Один глоток.
Он сам зачерпывает воды и разворачивается, глядя на меня пристально. Глаза кажутся тёмно-синими в отблесках пещерного света. А руки вдруг подносят к моему лицу серебро со светящейся водой.
Я должна пить у него из рук?
Это не должно меня волновать. Задерживаю дыхание, когда длинные пальцы оказываются у моих губ, почти касаются лица. Глотаю жадно — надеясь не пропустить ни капли. Ледяная вода обжигает рот, горло, сворачивается холодом в желудке.
И… я прислушиваюсь к себе, но не знаю, что ещё должна почувствовать.
— Ну вот, хоть с чем-то ты справилась. Теперь думай о величии своей новой земли и всём таком, пока мы ждём.
— Чего именно? — вырывается из меня.
— О, почему я не удивлён, что тебе нужно задавать вопросы?
Во мне борются самые противоречивые чувства. Драконий принц по-прежнему стоит рядом, не отступив ни на шаг — и это внезапно беспокоит больше, чем должно. Я вспоминаю, как он держал моё лицо в прошлый раз, как бесцеремонно хватал меня — совсем не кстати!
Только этих воспоминаний не хватало! Нет, что со мной делает вода? В груди еле заметно начинает жечь — или я выдумываю?
И ещё сейчас этот самодовольный ящер — единственный, кто может дать нужные мне ответы.
Не могу же я и впрямь молчать, не представляя, что со мной творится?
Объяснили бы мне другие больше?
А что, если наоборот?
Сейдер, его лорды, вестник — все смотрят грозно и напускают тумана. А этот гад словно плюёт на их усилия — чем раздражает остальных.
Я могу спросить.
— Ваше высочество, — произношу, глядя ему в глаза. — Кажется, вы пытаетесь объяснить, что я должна делать, но боюсь, моего, как вы отметили, слабого ума не хватает, чтобы понять. Может, вы будете так любезны и оставите ваши восхитительные шутки для тех избранных, которые могут их оценить, а мне расскажете суть?
Взгляд чёрноволосого принца становится ещё острее.
Кажется, получилось вовсе не смиренно. Я мысленно ругаюсь.
