Да и кто его спрашивал за столько лет? Допросы Тёмного Лорда длились только в первый год его заключения. А потом про него словно позабыли и больше его никто в Нумернгарде не «беспокоил», так как никто не видел в этом смысла. Время… Возможно, действительно за столько лет одиночества Гринденвальд и рад бы рассказать хоть кому-то о событиях тех лет, да некому.
На этом и порешили. Сова с предложением устроить «повторный» допрос Геллерту Гринденвальду была отправлена адвокату Гарри и в МКМ.
Но Северус всё же ещё раз спросил своего мужа:
— Ты уверен в таком развитии «сценария»?
Гарри отрицательно покачал головой.
"
"— Нет. Это просто моя паранойя. Прочитав всё, что я прочитал, и сопоставив некоторые факты, я просто не смог увидеть другого развития событий. Но это, как я уже сказал, может быть и просто моя паранойя, хотя Дамблдору я зачем-то определённо нужен. Может быть ещё и так, что я осилю Волдеморду, а директор с удовольствием запишем меня в Новые Тёмные Лорды и станет воевать со своим орденом жареной курочки уже против меня.
Слава имеет свойство со временем угасать и её нужно чем-то поддерживать. Вот и растут Тёмные лорды как грибы после грибного дождичка. Но это уже неосуществимый прожект, хотя директор об этом ещё пока не догадывается. Максимум летом ему будет предъявлено обвинение, и что он получит по заслугам я даже не сомневаюсь. Впрочем, как и ритуал «Вторая жизнь». Как бы не пошло дело, но я уже предупреждён. Я глава Рода, трёх Родов, на мне столько артефактов и амулетов, что проведение ритуала накроется медным тазом ещё на стадии первого же катрена.
Я восстановил все свои щиты и всё же худо-бедно, но овладел оклюменцией, которую усилил ещё и ментальными защитными артефактами. Да и ты в этом постарался. Куклы, пригодной к «употреблению», больше нет. Так что нам остаётся только следить за событиями, чинить шкаф, а вам думать, как прибить безносую змееморду. Что из этого произойдёт первым.
Дни снова побежали своим чередом.
Директор больше не зазывал Гарри на субботние посиделки, ожидая пока тот не добудет «нужное» воспоминание у профессора Слагхорна, а Гарри и не спешил выполнять поручение старика.
Он и так прекрасно понимал, что именно скрывается в том самом «воспоминании» — разговор молодого Тома Марволо Риддла с профессором и по совместительству своим деканом о крестражах и их количестве. Зато заметил, что с течением времени этот самый профессор Слагхорн всё чаще поглядывает на него с каким-то ожиданием.
