И всё же, у меня получилось!
Разве мои титанические усилия должны пойти прахом из-за странного завещания?
И почему именно Райвэл Саттон? Я слышала о том, что алмазный дракон был чем-то обязан отцу, но почему я должна терять свою свободу и стать марионеткой в руках жестокого лорда?
Силы стремительно покидают меня. Дни выдались тяжёлыми, и происшествие у нотариуса вытянуло из меня последние крохи сил. На ватных ногах бреду к кровати, ложусь поперёк мягкого покрывала и невольно погружаюсь в воспоминания.
Впервые увидев Райвэла Саттона, я испытала необъяснимый страх.
Высокий, статный, с широкими плечами, идеально прямой осанкой и ни малейшей крупинки тепла в ледяных голубых глазах.
Привыкшая, что гости мило воркуют с малышкой Грейси, я ощутила мрачное равнодушие и спряталась за спину Ирмы, вцепившись что есть силы в подол её платья.
В тот вечер отец дал мне поиграть с редчайшей драгоценностью – россыпью чёрных бриллиантов. Тогда я не знала, откуда он их взял, но теперь уверена, что камни принёс алмазный дракон.
Они искрились под светом магических ламп, манили меня, притягивали с такой силой, что я до ночи не выпускала их из крохотных детских пальчиков.
После того визита лорд Саттон пропал на долгие годы, а я тяжело заболела. Три месяца не могла подняться с кровати и с тоскливой завистью слышала радостные крики ребятни в саду поместья.
Поток тягостных воспоминаний прерывает громкий стук в дверь. От неожиданности я подскакиваю с кровати, хватаю письмо из академии и лихорадочно ищу глазами место, где можно его спрятать.
– Мисс Картер! – слышу из коридора взволнованный голос Бастера, нашего дворецкого. – Мисс Картер, лорд Саттон требует, чтобы вы немедленно спустились в гостиную!
– Передайте лорду Саттону, что я видеть его не желаю! – кричу в ответ, пытаясь унять безотчётное волнение в груди.
– Мисс Картер! Подождите, это не…
Бастер испуганно вскрикивает и замолкает. За дверью царит звенящая тишина. Меня одолевает дурное предчувствие, и я оказываюсь права.
В комнату без стука заходит Райвэл Саттон, а дворецкий за его спиной виновато пятится назад. Читает какую-то бумагу и стыдливо отводит глаза в сторону.
Нет, это уже ни в какие ворота!
Меня переполняет праведный гнев. Грудь тяжело вздымается под закрытым наглухо платьем, кончики пальцев подрагивают, щёки горят, губы сжимаются в тонкую полоску.
Лорд, напротив, до отвращения спокоен. Смотрит на меня, склонив голову, и с интересом ждёт, что будет дальше.
