– Райвэла арестовали, обвиняют в заговоре против короля! – всхлипываю я, оседая на пол.
Из рук дворецкого падает большая тетрадь в кожаной обложке, с глухим стуком ударяясь об пол."
"Ирма всплёскивает руками и спешит меня обнять, а я могу лишь горько рыдать, уткнувшись ей в плечо.
– У меня племянник служит во дворце, – дворецкий единственный, кто сохраняет невозмутимость. – Сейчас же отправлюсь в город и разузнаю, что и как.
– Тише, милая моя, тише, – бормочет она вполголоса, глядя меня по волосам. – Всё будет хорошо.
Уверена, это недоразумение, и милорд сегодня же будет освобождён.
– А если нет? – меня колотит от одной мысли, что я в замке, а Райвэл может быть заперт в тесной, холодной камере, насквозь пропитанной сыростью и с плесенью на стенах.
Вдруг там ещё и крысы…
Крепко вцепившись в её платье, глотаю слёзы, стараясь унять неконтролируемую дрожь. Долго плакать нельзя.
– Иди спать, моя хорошая, – настаивает Ирма.
Но как я могу спать?
Надо действовать!
Сделать хоть что-нибудь, но не смиренно ждать, сидя на одном месте.
– Какое спать?
– Такое, – в голосе бывшей домоправительницы прорезывается сталь. – От ясного ума больше пользы.
– Не буду! – упрямо поднимаюсь на ноги, держась за стену, и ловлю себя на том, что выбираю подходящий нож. Потребуется – буду прорываться с боем, хоть я и не умею им пользоваться.
– На вот, выпей чаю. Ещё заболеть тебе не хватало.
Пока мозг судорожно перебирает способы спасения дракона, Ирма сноровисто заваривает чай, добавляя в чайник щепотки трав из баночек.
Покорно сажусь и делаю глоток терпкого напитка, отметив его непривычный вкус.
Сейчас согреюсь и попробую снова пробиться во дворец. Лучше потерпеть неудачу, но хотя бы стараться, чем сидеть сложа руки и ждать невесть чего.
Пытаюсь встать из-за стола, но ноги наливаются странной тяжестью, а глаза сами собой слипаются. Последнее, что я слышу, это виноватый голос Ирмы:
– Прости, родная, так надо исключительно для твоего же блага.
Глава 54
Лорд Райвэл Саттон
Сердце рвётся на тысячи частей от неконтролируемой, но бессильной ярости.
Гнусная ложь зарвавшегося монарха сжигает меня изнутри, превращает внутренности в тлеющие угли и заставляет вариться в котле бешенства и негодования.
Иду во дворец с высоко поднятой головой, расправив плечи. Не обращаю внимания на пересуды прибывших на бал высокородных лордов и степенных леди. Позволяю звериной ипостаси проявиться в глазах и выпустить наружу острые как бритвы, когти.
