Взгляд герцога уважительно скользнул по присутствующим, после чего он кивнул доктору Альбио и занял свое место в последнем ряду. Бадильяра посадил на отдельный стул рядом с собой.
— Велиус, — ныл тихо кот. — Мне срочно нужно домой. Я умираю… от тоски…Не хочу эту нудятину слушать.
— Цыц, — одёрнул его Андертон.
— Да ты сам уснёшь, — ворчал демон. — Посмотри на них. Они даже выглядят скучно, — блеснув жёлтыми глазищами заявил демон. — Пс-с-с… мы ещё можем сбежать.
Герцог закатил глаза.
— Хочу знать, чем интересуется Нерине.
Поэтому просто помолчи, — прищурился герцог. — К тому же тебе будет весьма полезно послушать нечто умное.
— Просто скажи, что пришёл на неё попялиться, — вздохнул Бадильяр. — Тогда в мои планы входит сон, — добавил кот и стал топтаться по стулу, пытаясь умаститься.
Вошел маркиз Зуш, привлекательный молодой человек в безупречном белоснежном костюме, украшенном серебряными нитями. О его едкости в высшем свете ходили легенды. Казалось, лорд был мастером слова, и остроты Зуша цитировали вместо шуток.
У него были почитатели, которые коллекционировали его высказывания.
Немного опоздал граф Дейтон, главный предмет шуток маркиза Зуша в этом сезоне. Граф был точной копией, своей сестры Амелии (или наоборот?) и был узнаваем по фамильным чертам Дейтонов: мышино-серому цвету волос и бледно-голубым глазам."
"— Дорогие учёные и гости, — начала герцогиня Хейдер, — наше тридцать третье собрание объявляется открытым. Сегодня мы прослушаем семь докладов.
И поскольку на тридцать втором собрании лучшим докладчиком был признан маркиз Зуш, то сегодня вам, мой дорого́й мальчик, оказан высший почёт — избрать лучшего из лучших.
— Почту за честь, мадам, — раздался бархатный голос остряка.
Герцогиня довольно кивнула.
— Тогда начнём, — хлопнула она в ладоши и села в первом ряду.
На собрание царила скука. Гости открыто зевали, а кто-то даже похрапывал. Бадильяр периодически ныл о бренности своего существования и откровенно поглядывал на выход, планируя побег.
Звучащие заковыристые термины и названия растений, нагоняли скуку и на герцога, но он стоически терпел, надеясь увидеть наречённую и послушать её доклад. Ему действительно было интересно, над чем она работала, ибо живой ум и наблюдательность Нерине восхищали герцога.
Но в середине собрания зал заметно оживился. Когда маркиза ла Косс зашла в комнату, по рядам пробежался шёпот, а Велиус округлил глаза.
