Как бы мне не хотелось польстить своему самолюбию, я точно не вхожу в число…
— Какого кхара ты подслушиваешь?! — рычит пленник, с силой дергая скобы. — Так сложно было напялить на себя звуконепроницаемый колпак?
— Мне нетрудно, мой принц, но време…
— Напяль. Треклятый. Колпак!
Маг осекается на полуслове, поспешно кивает, что-то бормочет, и вокруг него появляется полупрозрачный пузырь. После этого пленник поворачивается ко мне:
— Твоя магия распечатана, Ника. Значит, теперь ты чувствуешь нашу связь, — он не спрашивает, а утверждает, будто читая меня, как раскрытую книгу.
И все же его молчание после произнесенной фразы требует ответа. Поэтому киваю, позволяя ему продолжить.
— Нам пора уходить.
— Я не против. Очень даже за. Вот только кое-что изменилось с нашей последней встречи.
Лихорадочно размышляю, как бы ему рассказать про песика, ждущего меня в ванной.
— Что? — натянуто интересуется собеседник.
— У меня появилась собака.
— Какая собака? — глаза-щелочки сужаются еще больше.
— Такая серенькая, пушистая, невероятно красивая, — делаю бровки домиком. — Тебе понравится!
— Шавка будет мешать, — жестко отрезает. — Уходим без нее.
Словно все для себя решив, он начинает целенаправленно, с силой дергать правую верхнюю скобу. Судя по громкому скрежету и мышцам, что внушительными буграми перекатываются на правой руке, железке недолго осталось торчать в стене. Поспешно тараторю:
— Я не могу оставить собаку. Она умрет без меня во дворце.
— С нами она умрет быстрее! — обещает мужчина с коротким смешком.
— Мы не цветочки идем собирать.
— Ее, главное, из дворца вывести. Доведем до бижайшего леса и отпустим.
— Ни-ика, — с напором тянет мужчина, перестав дергаться. — Зачем ты усложняешь и без того сложное?
— Моя бабушка часто говорила: «Самый легкий путь — не всегда самый правильный!»
— Твоя бабушка погибла с твоими родителями, когда ты была младенцем. Тебя воспитали в королевском приюте. Откуда, интересно, ты узнала изречения почившей бабули?
— Так нечестно, — включаю обиженку, чтобы отвлечь от своего косяка с «неправильной» бабушкой.
— Тебе столько про меня известно! Про моих предков, про детство. А я даже имени твоего не знаю!"
"— Принц Йемрен Рэдгрэйв, — отрубает он и снова дергает скобу. — Познакомиться поближе предлагаю в более подходящий момент.
— Рэдгрэйв… — усиленно ковыряюсь в памяти, ведь эту фамилию я уже слышала. И вдруг вспоминаю: — Ты родственник Кейрона?
— Родной брат.
