Я осторожно обхожу характерные кучки, но при этом стараюсь не отставать от провожатого.
Наконец, тот останавливается. Повернувшись ко мне, склоняется до уровня моего лица. Его необычные медовые глаза в такой близости и при ярком освещении просто сказочно красивы, но мерзкий запах и жесткий взгляд сводит на нет любой намек на романтику.
— Торговец будет звать твоего пса. Подманивать едой. У тебя не будет ни еды, ни голоса. Даже пикнуть будет нельзя, как бы тебе ни хотелось!
На мой судорожный всхлип он реагирует спокойно:
— Зря волнуешься.
Твой питомец слышит твои мысли и эмоции. Зови его сердцем, раз голосом не можешь.
На это предложение фыркаю… Услышит он, как же! Это просто пес. Да, пусть горячо мною любимый пес, но он реагирует на мои слова и интонации, а не на мысли! Я ведь даже выдрессировать его не сумела — времени не было.
Я бы много сказала принцу «хорошего», но могу сейчас лишь всхлипывать, возмущенно шмыгать и буравить сердитым взглядом.
Вот только делу это никак не поможет. Тем более, если прислушаться к голосу здравого смысла, почти сорванному эмоциями, понимаю, что из двух зол Йемрен выбрал наименьшее.
Не мне его в этом винить.
Кое-как собираю волю в кулак, вытираю слезы с щек и киваю.
Я готова к испытанию.
Быстрым шагом возвращаемся к повозке. Следуя инструкциям Йемрена, ослабляю узлы на привязи пса. Если Серенький рванет посильнее — тут же окажется на свободе. Отправляюсь в заданную мне точку в двадцати шагах от нашей повозки. В другой точке, на таком же расстоянии от пса, встает торговец, под завязку вооруженный едой.
Я думала, он собирается приманивать пса только морковкой, но мужчина многозначительно подкидывает в руке кусок вяленого мяса:
— Раз уж коза охотничья, среагирует она, верно, на мясо получше, чем на яблоки.
При виде белковой еды, в грудь вонзается шип тревоги. Кто знает, насколько Серенький голодный? С него станется оттяпать у торговца мясо вместе с пальцами, а потом подбежать ко мне с добычей, радостно виляя хвостом! Но спор-то будет проигран!
Как бы то ни было, отгоняю страхи прочь.
Йемрен вслух объявляет условия. Когда он махнет рукой, мы должны будем на пару с торговцем звать к себе пса. К кому тот пойдет — с тем и останется."
"Смотрю то на союзника, то на противника, то на козу. Стараюсь не обращать внимания на местных жителей — бородатых, длинноволосых мужчин, стоящих неподалеку, бесцеремонно обсуждающих меня да то и дело плюющих в мою сторону! Видно, из-за них Йемрен так и не подает сигнала.
