А Анхель еще и развернуться успел, снова взяв бывшего начальника на прицел. Жан-Пьеру ничего делать в результате не пришлось, хоть он и дернулся суетливо. А потом клевреты обменялись понимающими взглядами, и «ниндзя» шагнул к Майку, коротким ударом ствола дробовика выбив у него из ладони кольт. Агеластос зашипел сквозь зубы, но с табурета подняться даже не попытался. Жан-Пьер как ни в чем не бывало вернулся на оставленную позицию, а Анхель, даже не изменившись в лице, снова пальнул. И снова, сука, в меня — раскаленный гвоздь вбили еще и в правую ногу.
И снова в икру. Тут одно из двух — либо он извращенный садюга, либо и впрямь серьезно меня калечить не намерен. Одно дело пули, прошившие мягкие ткани, и совсем другое — раздробленные кости и поврежденные артерии. Но мне от этого легче не стало — не заорал я только потому, что в рот набилась пыль, когда я попытался вдохнуть. Нос-то работать вообще перестал, еще чуть-чуть, и кровью бы захлебнулся…
«Магнитуда плюс пять процентов».
— Фрэнки, ну зачем тебе это? — донесся как сквозь вату голос Майка.
Все еще не теряет надежды образумить благоверную? Ну-ну… блажен, кто верует.
— Государственная целесообразность. — Судя по голосу, Франсин сопроводила слова пожатием плеч. — А ты думал, я для тебя стараюсь? А кто ты, собственно, такой? Местечковый главарь мелкого контрабандистского клана. Если позволишь так выразиться. И какие у тебя перспективы?
— Нормальные, — обиженно сплюнул Майк. — На жизнь бы всяко хватило.
— На жизнь?! На жизнь?! Да разве это жизнь?! — Франка буквально выплевывала слова, вложив в них всю обиду и ненависть ко всем, так или иначе приложившим руку к ее мытарствам.
— Жалкие ничтожества! Обыватели! Чистоплюи! Хорошо хоть, в спецслужбах нашлись адекватные люди!
— Не думал, что ты на это поведешься.
— На что «на это»?! Откуда ты знаешь, что они мне предложили?!
— Да наверняка то же, что и мне — деньги и власть.
— И ты, естественно, отказался! Еще один чистоплюй! И слабак!
— Я, в отличие от тебя, трезво оцениваю собственные возможности.
И предпочитаю не прыгать через голову. Знаешь, как у нас говорят? Чем выше взлетел, тем ниже падать.
— Вот и ползай на брюхе! — окончательно вызверилась Франсин. — А я больше не желаю! Не хочу! Люди идиоты, не понимают, что я им предлагаю!
— И что же? — криво ухмыльнулся Майк. — Чего мы, собственно, ждем?"
"«Магнитуда плюс пять процентов».
Не, ребята. Теперь без меня. Ракетой с орбиты шмаляйте, штурмуйте — ваши проблемы. Я спекся.
