Ну да, вариант. Скрутил жгутом, и пользуй вместо каната. Одна закавыка — нет простыни. Комната гостевая, судя по всему. То есть надо искать спальню. Шнурки связать? Ну на фиг, мороки много. Ладно, и так сойдет…
Бесцеремонно подняв все еще ничего не соображающего Агеластоса на ноги, я толчком усадил его обратно в кресло и ласково потрепал по щеке:
— Эй, Майки, очнись! Не верю, что ты в отключке.
Ответная фраза, не содержавшая ни одного цензурного слова за исключением предлогов, убедила меня, что я не ошибся.
— Я тоже рад тебя видеть.
— Да пошел ты!
— А вот это вряд ли, — покачал я головой. — Не время еще.
— Все-таки живучая ты сволочь, Энтони!
— Что есть, то есть, — не стал я оспаривать очевидное. — Скажи спасибо, а то в кошмарах бы снился. Да и совесть бы заела.
— С чего это?!
— Да ладно тебе, тут все свои, — усмехнулся я. Задел за живое, однозначно. Так что не ошибся я, когда папеньке втирал про Агеластовские нервы и стресс. — Тебе Франка наябедничала?
— О чем ты?
— Ага! Она даже не посчитала нужным поставить тебя в известность, что я сбежал?
— Звонила она, — влезла Тинка.
— Но я не расслышала, о чем говорила. А Майк только поддакивал.
— Значит, ты был в курсе! — обличительно ткнул я в хозяина берлоги пальцем. — А почему тогда охраной не озаботился?
Майк угрюмо молчал, но глаза его все больше и больше наливались кровью. Того и гляди, весь побагровеет. Ни фига себе, я его разозлил! Как бы не отмочил чего…"
"— Расслабься! — Я для профилактики легонько съездил ему кулаком под дых и удовлетворенно полюбовался скрючившимся в кресле телом.
Разом весь гонор растерял. — Или Франка сказала, как именно я сбежал?
— Да-да, мне тоже интересно! — не вытерпела Альбертина.
— Пошел… ты!.. — с трудом выдавил Агеластос.
— Пойду, обязательно пойду. Но потом. А пока… — Я демонстративно огляделся и уставился Майку в глаза. — Пока поищу средства связи. Наверняка ведь что-то есть. Да хотя бы твой мобильник — его же ты не глушишь? Кстати, а ствол где?
— Сам ищи!
— Да ладно тебе, Майки! Ведь прекрасно понимаешь, что ситуация тупиковая, и ее надо как-то разруливать.
И, боюсь, мой способ тебе не особо понравится. Так где пушка?
— Зачем тебе? Возьмешь меня в заложники?
— Что, нравится мысль? Поменяешься местами с Альбертиной. Надеюсь, у нее еще не успел стокгольмский синдром развиться?
— Чего? — удивленно уставилась на меня девушка.
— Не обращай внимания, — отмахнулся я.
