И всегда это было для меня сигналом — завязывай.
— Как сегодня?..
— Именно. Я слишком увлекся. Заигрался. Сама видела, что было. Так что забирай кайт, мне он больше не нужен. И это не обсуждается.
— Бедненький…
И ведь она совершенно искренне! Вот черт…
— А ты радио случайно не включал? — ни с того, ни с сего перескочила Тинка на другую тему. — Ну, когда Марко инвентарь портил?
— Нет… а должен был? И это ты вообще к чему?
— Да так, к слову пришлось… мне же скучно стало, когда ты ушел. Вот и полезла в сеть.
А там везде: «Сенсация!», «Первый случай за всю историю наблюдений!» и еще много всякого. Начала смотреть, но не поверила. Пришлось к официальным источникам обращаться.
Ну да, радио как раз один из них. Даже в тех местах, где Ноосфера недоступна, передачи длинноволнового диапазона ловятся. Так что радиоэфиру местные даже больше доверяют, чем сетевой помойке и телевидению.
— Чему не поверила-то?
— Помнишь, я тебе про волну говорила?
— И?
— Оказывается, это была… как там ее… а! Цунами! А причиной ее образования, если ты не в курсе, послужило подводное землетрясение.
Где-то недалеко от нас, в паре сотен километров, быть может. Так что ты счастливчик, Тони. Мало того, что в шторм в воду полез, так еще и под такую диковину угодил!
— Н-да… как это типично.
— Что, всегда так? — сделала большие глаза Тинка.
— Угу. Почти всегда вляпываюсь. Вот, помню, на сноуборде катался одно время… и черт меня дернул напоследок по лавиноопасному склону съехать. Ногу сломал в итоге.
И ведь знал, что не стоит оно того, но все равно полез. Пришлось потом на горные лыжи перепрофилироваться, только закончилось все аналогично — сломал другую ногу.
— А как-то по-другому не пробовал проблему решить?
— А как ее еще решишь? Самоконтроль, больше никак. Беда в том, что мне периодически просто необходим выброс адреналина. До известных пределов это допустимо, но стоит мне пересечь черту, и я уже не могу остановиться. Тогда только бросать. Сразу и навсегда.
Как ампутировать зараженную конечность.
— А как-нибудь отвлечься?
— Да я всю сознательную жизнь пытаюсь отвлечься. Отец говорит, что это во мне гены бунтуют, что мне надо работать в СБ… но я ученый! Мне наука нравится, а не шпионские игры! У нас столько проблем, есть куда приложить руки.
— Но ведь не помогает!
— Помогает. Но не всегда. Иногда срываюсь.
— А вот это? — Тинка ткнула в измочаленную грушу наманикюренным пальчиком и брезгливо скривилась.
