Трехминутный отрезок бездумного молотилова, минута отдыха — тут я даже без браслета справлялся, биологические часы, настроенные на нужный ритм еще в школьные годы, помогали — и снова в бой…
… примерно через час, когда я, совершенно обессиленный, сидел на сорванной с подвеса измочаленной груше, пришла Тинка. Я ее даже не сразу заметил, среагировал, только когда она уронила к моим ногам мой бывший рюкзак и попросила подвинуться. А вы как хотели? По факту, пятнадцатираундовый бой выдержал, даже хуже — на ринге и передохнуть можно, а тут все время в активном движении и исключительно силовые удары.
Так что на сопротивление не осталось ни сил, ни желания.
— Что Марко будешь говорить? — начала девушка с банальности, хотя явно хотела спросить что-то другое.
И я даже догадывался, что именно. Тут не надо быть семи пядей во лбу, как говаривал дед Виктор.
Пока же я лишь безразлично улыбнулся. Тоже мне, нашла проблему. Закажем новую за мой счет, и все дела.
— Тони?.."
"Выглядела Тинка… даже не знаю… жалко, что ли? Попала под дождь — что не мудрено, тот до сих пор по крыше колотил — но явно побывала дома, если судить по шортам, топу и сланцам.
Правда, одежка тоже от хлябей небесных пострадала… или не только от них — под мокрым топом угадывался давешний лиф. Натянула поверх первое, что нашла, да бегом в спорткомплекс. И все ради того, чтобы со мной, неблагодарным, поговорить. Возможно, по душам. И сейчас смотрела на меня очень жалобно, как она умеет. Правда, раньше я таким взглядом одаривался, когда от меня требовалось что-то ощутимое — помочь с опытом, например.
Или поделиться реагентами, потому что ей на склад лень топать. И обычно ее волосы были аккуратно уложены, а сейчас слиплись в сосульки и чуть ли не торчали во все стороны, в том числе пара прядей на лицо сбилась. И это несмотря на попытку кое-как заплести их в косу. Ч-черт, а ведь так она еще очаровательнее! Нет, не вестись. Хотя вроде бы и не трясет от адреналина… но кто его знает. К черту, от греха.
— Тони, ты чего молчишь?
В голосе девушки прорезалось отчетливое беспокойство за меня, бестолкового, и я решил ее больше не нервировать:
— Со мной все в порядке. Теперь уже точно.
— Уверен?
— Более чем.
— Может, теперь расскажешь, в чем дело? — Не ограничившись словами, Тинка предпочла развить успех — прижалась ко мне и положила голову на плечо. А на втором пристроила руку, этак по-сестрински (точно по-сестрински, зуб даю!) приобняв.
