И все равно мало не показалось — накрыло так, что ушел под воду вместе с доской. Еле выплыл, и то благодаря спортивному снаряду. Если бы упустил, так бы и остался на глубине…
Надо же, добрался. Кое-как преодолев на подгибающихся ногах последние несколько метров — они мне показались чуть ли не километром, особенно после пары крепких ударов в спину от набежавших волн — я бессильно распластался на песке. Вещи бы подобрать, пока не сдуло… нет, ну их к черту. Не до них. Сердце из груди выпрыгивает, а еще и от адреналина трясет… черт… ведь сколько раз себе обещал до такого не доводить! Маменьке однозначно не понравится.
Одно радует — вряд ли она о нынешнем инциденте когда-нибудь узнает. Я точно не проговорюсь, а сдать вроде бы и некому…
— Тони!!!
Напророчил, блин!
— Тинка, отцепись.
— Я тебе сейчас отцеплюсь! Ты совсем офигел?! Куда полез?! Не видел, что ли, шторм начинается?! Пошли отсюда скорее, сейчас ливанет!
Как же она прекрасна в гневе! Миниатюрная смуглая итальянка в белом бикини-одно-название, с падающими на лицо темными прядями, выбившимися из растрепанной косы… и с самыми карими в мире глазами! И почему я их раньше не замечал? Не-а, не вестись, это адреналин и нервное напряжение, я себя знаю.
Надо как-то выплеснуть, иначе не успокоюсь и чего-нибудь сотворю…
— Идем! — Неугомонная Тинка — на самом деле Альбертина, урожденная синьорина Монтанари — перешла от слов к делу, схватив меня за запястье и потянув куда-то в сторону ближайших строений. — Чего развалился?!
— Да ну тебя! — отмахнулся я.
Двигаться не хотелось. Вернее, хотелось взорваться изнутри, выплеснув в мир излишки адреналина, но вот конечности слушаться отказывались. Тоже типичная картина. Поздравляю, дорогой Антон, снова вляпамшись. — Я тут полежу…
— А если еще одна такая волна набежит?!
— Какая «такая»? — лениво отбрехнулся я, хоть и догадался, о чем речь.
— Такая! Я раньше таких не видела — она из моря пришла, очень высокая. Даже после косы еще метра три в высоту была! Почти до кафешек достала!
— Не гони.
— Да пошел ты! — обиделась Тинка, но сразу же снова принялась нудеть: — Ливень!
— Да пофиг…"
"— Проклятье!.. — Тинка очаровательно прикусила нижнюю губу, машинально смахнув с лица длинную челку, но сделал только хуже — ветер нещадно трепал ее волосы, в обычное время прямые и послушные, но сейчас страшно перепутавшиеся и пребывавшие в первозданном хаосе. — Ты не представляешь, что сейчас будет! Антонио! Подъем, я сказала!
А вот это уже звоночек.
