— Как пациент, Василий Михайлович?
Голос Муромцевой прозвучал за спиной. Очевидно, девушка вернулась в дом через двор для тренировок.
— Идет на поправку, — не оборачиваясь ответил я и с сомнением добавил. — Наверное. Куда делся дядя?
— Обсуждают что-то с Кругловым за чаем в беседке на заднем дворе, — произнесла девушка. Она прошла к столу и села в кресло. Понизив голос, с интересом уточнила:
— Ну? С чего начнем расследование?
Я устало потер ладонью лоб. А затем произнес:
— Можно попытаться найти информацию по поводу этого лекаря.
А затем уже…"
"— Я этим займусь, — с готовностью ответила Муромцева, и я удивленно взглянул на нее:
— Позвольте полюбопытствовать, Виктория Ильинична. Вы наверняка соврете, но я все же попытаюсь. С чего вдруг вы стали проявлять такое рвение в помощи мне? Сами понимаете, такое поведение с вашей стороны немного… настораживает.
Девушка пожала плечами:
— Мы делаем одно дело. И если в будущем нам предстоит вместе работать — лучше пытаться найти контакт сейчас. Это вовсе не значит, что я изменила свое отношение к вам, Василий Михайлович.
Просто в Братстве не приняты открытые дрязги.
Мне же просто показалось, что этот ход был не по душевной доброте. Скорее всего, Муромцева уже как-то обмолвилась про то, что убийство Холодова было не просто резней психа. И Круглов дал добро на это скрытое расследование. Под контролем начальства, само собой. Но вслух ж е я свои теории озвучивать не стал. Просто кивнул:
— Так вот в чем дело. Кажется, я еще не решил по поводу вступления…
Девушка не ответила.
Только загадочно усмехнулась:
— Как скажете, Василий Михайлович.
Она хотела было встать с кресла, но я ее остановил:
— Куда вы, Виктория Ильинична? Скоро должны т будет подать ужин. И ваше отсутствие за столом будет выглядеть несколько… подозрительно. Особенно в присутствии такого высокого человека, как Виктор Круглов.
Я встал с кресла и направился в сторону кухни.
* * *Я накрыл на стол, а затем вышел на террасу, и заметил Петра и Виктора, которые сидели в беседке.
Они пили чай и вели неспешный разговор, но слов с такого расстояния я разобрать не мог. А на столе перед ними стоял заварочный чайник и две чашки чая.
— Ужин на столе, — крикнул я. И мужчины прекратили разговор. Обернулись в мою сторону.
— Уже идем, — хрипло ответил Петр и встал с плетеного кресла. Взял трость. Виктор предложил дяде помощь, но как мне показалось, сделал он это чтобы соблюсти приличия. Потому что знал, что Пётр окажется.
