На экране телевизора шло «Доброе утро, Империя». Ведущие рассуждали о событиях, которые случились в столице. Напротив них на светлом диванчике сидела блондинка лет двадцати в строгом закрытом платье с воротником стойкой, и уже знакомый мне по какой-то передаче рыжебородый мужчина. Он вновь увлеченно объяснял что-то, роняя с губ пену. Сводилось все в основном к очередным запретам. Дядя качал головой, явно одобряя слова Рыжей Бороды, Виктория же всматривалась в происходящее на экране. Поэтому я не выдержал и уточнил:
— Что случилось?"
"— Да вечеринку обсуждают, — ответил Петр.
— Вчера новая аристократия решила устроить какую-то непотребщину. Назвали это «закрытым мероприятием». Кто-то заснял это на видео. Сейчас же каждый идиот мнит себя режиссером. А сегодня про эту вакханалию во всех новостях рассказывают.
Я покачал головой:
— Никогда такого не было, и вот опять. И что говорят?
— В основном осуждают, — ответила за старшего Юсупова Виктория.
— Вот оно что, — хмыкнул я и сделал глоток.
И в этот момент, кадр сменился, очевидно на ту самую вечеринку.
И я застыл, глядя на людей в масках, которые попадали в объектив камеры. Одежды на этих людях почти не было. И мне отчего-то вспомнилась загородная встреча в особняке, куда попала Земскова.
— Ну и времена, — произнёс Петр. — Алкоголь без меры, всякие таблетки мутные. И это кумиры молодежи.
Я только кивнул, глядя за происходящим на экране. А в душе появилось и разрасталось беспокойство.
Кадр сменился, и на экране снова покащалась студия.
Ведущие попросили прокомментировать видео. Девушка скромно сообщила, что проверкой будет заниматься жандармерия, и делать выводы пока рано. Рыжий же не разделял эту позицию, и с ходу заявил, что эти люди продали Империю, забыли про Высшего и Императора, и впали в порок, блуд и содомию. Что всех этих людей необходимо установить и устроить им общественное порицание и гражданскую казнь. Я вздохнул и покачал головой:
— А этот мастер умеет выступать. Блестящий оратор, первоклассный юморист-провокатор.
Ему бы в «Искаженное зеркало». Или «Полный зал».
Пётр отвлекся от просмотра передачи и взглянул на меня:
— Это депутат государственной думы Илья Ломов.
Это имя мне ни о чем не говорило, потому я не ответил. Отставил в сторону пустую кружку и встал с кресла:
— К сожалению, нам пора, мастер Муромцева.
Девушка кивнула:
— Машина уже ждет. Идемте, мастер Юсупов.
* * *Автомобиль выехал из ворот особняка, и я откинулся на спинку сиденья.
