– Но ты можешь пойти со Степой. Она тоже собиралась перекусить. Правда, Степа?
– Да. Ты, Веня, составишь мне компанию? – спросила Степа, сначала дико посмотрев на меня потом на Веню.
Я поняла свою оплошность. Какая же это будет слежка, если они уйдут вместе и сядут за один столик?
«А надо ли следить за Веней? Вене, конечно, Иванова не нравилась, возможно, он ее ненавидел, как конкурента, но не настолько, чтобы устранять ее физически. На него это не похоже», – мысленно оправдывалась я.
Год назад в Венином салоне «Донна Белла» взорвалась бомба.
Первое, что мы подумали, что это были происки конкурентов. Веня до хрипоты нас убеждал, что такое в принципе невозможно. Есть конкуренция, где-то даже антипатия друг к другу, но чтобы взорвать… Никогда! Парикмахеры, стилисты – люди искусства. Каждый себя считает гением, а гений и злодейство – понятия не совместимые. Разве что так, по малости: на конкурсе шпильки стянуть у конкурента или лак подменить на дезодорант, или розетку для фена заранее испортить.
«Неужели он изменил своим убеждениям? Не верю», – глядя на Веню, я неосознанно качала головой. Честно говоря, мне вообще в данный момент идея слежки казалась бессмысленной. Я ее предложила от безысходности. Ну походим мы за этими тремя? И что? Посмотрим, как уни ужинают, ходят по магазинам, выбирают сувениры – пустая трата времени. Вот если бы у нас были мини-видеокамеры, которые мы смогли бы разложить по номерам наших подопечных. Авось кто-нибудь в разговоре себя бы выдал.
Но камер нет, и поэтому придется превратиться в тени, чтобы раздобыть хоть какую-то информацию.
– Конечно. Составлю, – кивнул Степе Веня.
– Встретимся в гостинице, – сказала я на прощание Степе и переключила свое внимание на Краюшкина.
Глава 10"
"Софья Андреевна обиженно поджала губы и отвернулась от спутника. Леопольд Иванович фыркнул, что-то сказал одними лишь губами в ее адрес и, резво развернувшись на сто восемьдесят градусов, походкой свободного во всех отношениях человека зашагал по брусчатой мостовой.
Прежде, чем свернуть в первую попавшуюся улочку и скрыться из виду, он оглянулся назад. Софья Андреевна все так же стояла к Леопольду спиной, ожидая с его стороны извинений. Скорей всего, она не догадывалась о том, что ее кавалер уже далеко от нее. Она была спокойна и надменна, уверенная в том, что ее вот-вот окликнут.
Увидеть разочарование на ее лице, мне не довелось. Заметив, что Краюшкин сворачивает, я припустилась за ним.
