И тут уже накатал столько! И какие книги! О чем только в них ни поведал нам, и с каким проворством… Ельцин еще только отвалился, Путин еще только появился, а у Млечина уже готова радостная книженция почти в 600 страниц «От Ельцина к Путину» (М., 2000). Еще не улеглась пыль от рухнувшего торгового центра в Нью-Йорке, а книжные магазины уже ломились от его ученого исследования «Кто взорвал Америку?». Отменные книжечки выскакивали из-под млечинского пера и после! Вот, допустим, фолиантик «МИД. Министры иностранных дел». Всех описал, от Троцкого до Игоря Иванова.
А их было, поди, десятка полтора, если считать и трехнедельного министра Бориса Панкина. И тут же – «Председатели КГБ». Тоже всех 23-х, от Дзержинского и Менжинского до Путина и Патрушева, изобразил суровой рембрандтовской кистью. Еще – «Русская армия от Троцкого до Сталина», «Моссад. Тайная война», «Евгений Примаков. История одной карьеры», «Смерть Сталина»…
А совсем недавно – «Сталин и его маршалы». И на этот раз начал ab ovo – с Ворошилова и Буденного… А какие у него объемы! 450–500 – 650–700 страниц.
Последняя из названных – аж 800 и весит фунта четыре. Трудно и страшно в руки взять… Все человек охватил своим крупногабаритным умом, во все проник пронзительным взглядом асмодея. Закажи ему книгу «МУР. 1918–2004. Начальники» – напишет. Предложи тему с предоплатой «Сандуны. 1893–2004. Директора» – сочинит. Намекни, что хорошо бы издать книжечку «Ваганьковское кладбище. XVIII-XXI века. Обитатели и посетители» – через три недели предъявит рукопись.
Все может! Все!..
* * *Я думаю, что нет никакой нужды читать и разбирать хотя бы несколько сочинений Л. Млечина, чтобы стало ясно, какого пошиба сей творец. По-моему, достаточно приглядеться к какому-то одному его сочинению. Вот и полистаем что полегче – то, в котором хотя бы не 800 страниц, а лишь 400, – «Смерть Сталина» (М., Центрполиграф. 2003).
В аннотации сказано, что особенность этой книги в сочетании «оригинального замысла» и «пугающей правдивости». И это можно сказать обо всех его книгах с одним уточнением: они оригинальны не только по замыслу, но и по выполнению, причем – порой оригинальны до полоумия.
И конечно, все они действительно пугают читателя, жутко пугают.
И книга «Смерть» поражает воображение прежде всего густейшей концентрацией оригинальности, нередко граничащей с припадками эпилепсии, причем – в богатейшем ассортименте.
Предваряя одно из своих сочинений, Млечин сердечно поблагодарил тех, кто помогал ему: профессоров В. Наумова и В.
