Один из плюсов нашей работы, мы умеем ждать неограниченное время, когда нужно. И они ждали вместе со мной, не нагнетая обстановку.
Мониша снова громко закричала. Не выдерживая, я вскочил. Я оторву ему яйца. Больше так сидеть — невыносимо. Просто распахнув двери, я ворвался внутрь. Все врачи повернулись ко мне растерянно, усач испуганно задрожал.
Алиса сидела на этом на кресле, издавая слабые стоны, у нее уже не было сил.
— Выйдите, пожалуйста!
Я проигнорировал всех, просто подошёл к ней, чтобы взглянуть на ее мокрое лицо, по которому стекали капельки пота и слез.
Она была бледная, почти белая с синими губами, и очень тяжело дышала.
— Лука, уйди, я не хочу, чтобы ты меня видел!
Глупая дурочка.
— Мониша, не еби мне мозг! — зашипел я, целуя ее в лоб и беря за руку. — Давай, ты успокоишься, тебе нужны силы. Сейчас ты соберёшься и родишь мне сына!
Сейчас, когда я был с ней, держал за руку, мне стало спокойно. Я знал, что происходит. Все было под моим контролем.
Она устала закивала.
— Тужьтесь! — испуганно выдавил врач. Алиса выдохнула, сжимая мою руку.
— Аааа! — ее голос обрёл звонкость и силу, оглушил меня, но через несколько секунд к ее голосу присоединился еще один крик, не менее звонкий.
Алиса откинулась и закрыла глаза, все ее пухлые губы были искусаны, капельки крови застыли на бледном лице.
Я посмотрел на маленькое тельце, которое держал врач, такое крошечное и беззащитное. Девочка. С пронзительными голубыми глазами, как у Мониши.
— Девочка? — удивленно спросил я, не веря глазам, узи показывало мальчика.
Я растерялся.
— Иногда так бывает. — сказал врач, который уже выдохнул. У него появился шанс, что он будет жить. — Хотите подержать?
Я кивнул, чувствуя страх, что раздавлю своими ручищами этого крохотного птенчика.
— Обработайте руки, наденьте перчатки, Вам дадут медицинский халат."
"В девочке было всего три килограмма, она была крошечная с родинкой на правой щечке, ее глазища светились, она замерла и рассматривала меня точно также, как и я ее.
Она была копией Мониши, словно Алису отсканировали и положили мне в руки.
Я поднёс ее к Монише, которой вкололи снотворное и обезболивающее, ее взгляд становился затуманенным и очень тёплым. Она протянула руку к щечке, погладила ее и вздрогнула.
— Какая она красивая. — прошептала Алиса.
— Копия ты.
Мониша поцеловала ее, вдыхая молочных запах. Лекарство делало своё дело, уводило ее из реальности, она засыпала. Ей нужно было отдохнуть.
