И только от него зависит скорость и как долго продлится это блаженство.
— Давай сама. — не могу сразу разобрать его слов, но он замирает и до меня доходит смысл. Сегодня он позволяет мне быть самостоятельной, самой выбирать темп. Я начинаю двигаться.
Со связанными руками в неудобной позе без поддержки его рук, которые переместились на моё тело и не упускают ничего, это очень сложно. Сначала касаются клитора, нежно и ненавязчиво, будто случайно, только подзадоривая, воспламеняя еще сильнее. Потом проходят по животу и бёдрам, сминая и поглаживая.
Прикасаются к груди с нарастающей силой: сначала нежно, потом грубее, ненасытнее и более животно. Дьявол зубами обхватывает сосок и игриво прикусывает, я вскрикиваю, меня прошибает током.
— Быстрее! — он шлепает меня по попе, принуждая двигаться быстрее, прекрасно понимая, как трудно физически мне держать этот марафон. Я словно в спортзале, качаю попу и внутреннюю сторону бедра. Он лишь смеется."
"Его голос, это невыносимо сладостное трение и поза — я просто на грани, в шаге от потери сознания.
Все пульсирует, еще одно движение и все. Я закончу.
Чувствуя мой финиш, он заставляет меня остановиться, выходит. Издаю обиженный, всхлипывающий звук, прошу вернуть все на место. Ноги предательство горят, а ягодицы сводит судорогой.
Он целует меня, хотя это вряд ли можно назвать поцелуем, больше насилием над моим ртом. Губы болят и опухают над его яростной экзекуцией. Теряюсь, не понимая уже вообще ничего, просто хочется, чтобы вошёл в меня, наполнил, дал почувствовать желаемое.
Но он играет со мной, пытает.
Руки нежно перемещаются к внутренней стороне бедра, поглаживая кожу. Его пальцы, словно горячие угли, обжигают меня.
— Алиса? — он склоняется к моему уху, поглаживая меня рядом с пульсирующей в нетерпении точке, но не касаясь ее. — Малышка?
— Да? — мой голос очень сбивчив, смотрю на его лицо, переполненное нежностью. Он целует меня в макушку.
— Я люблю тебя. Вот такую. Мою. Следующую за моими руками. — он проводит указательным пальцем от груди к пупку и я дрожу, сжимаюсь.
Мысленно следуя за его пальцем и голосом откуда-то издалека — Послушную и не перечащую. Так почему, надевая трусы, ты становишься невыносимой?
Прикусывая губу, обиженно стараясь отодвинуться.
— Потому что это разные вещи! — говорю на одном дыхании, потому что очень сложно.
— Отнюдь. — Лука словно случайно задевает пальцев сокровенное место и я тут же тянусь к нему, требуя продолжения. — Женщина должна следовать за своим мужчиной.
