Я сидела слегка раскачиваясь, потому что меня тошнило. Не хотелось показывать, что мое состояние плачевное, держусь только ради любимого. — Майлз сейчас занят тем, чтобы успокоить всех наших, нельзя допустить паники, отсеять сразу тех в ком сомневаемся.
Мы впервые говорили так о работе Дьявола, я стала частью этого мира.
— Кто нас предал?
— Не знаю, следы зачистили знатно, подозреваю, что это тот же человек, кто подготовил взрыв дома… Гребаный Мариарти какой-то!! — Захар шумно посигналил бабульке медленно переходившей дорогу.
Этот маленький срыв показывал как ему сложно удержать в себе эмоции. — Клянусь, я найду этого урода и убью собственными руками.
— Кто такой Дэн? — перед глазами тут же возникло его лицо, неприятное, изуродованное шрамами, как будто его варили в котле с горячей водой.
Захар не сразу отвечает на мой вопрос, сжимает руль, обдумывает. Его лицо покрывается пятнами, он ненавидит этого человека не меньше моего. Перед глазами в замедленной съемке так и повторяется сцена, как он оскорбляет Дьявола, ставит его на колени и ударяет с ноги… Я вижу все в мельчайших подробностях, и моё сердце разбивается на миллион ледяных кусочков.
Меня окутывает тьма, забирает на темную сторону.
— Наёмный убийца. Несколько лет назад Майлз подстрелил топливный бак в его машине, мы думали, что он сгорел вместе с ней. А тут, сукин сын оказался живее всех живых.
— Он будет первым… — задумчиво проговорила я, обхватывая плечи руками. Захар не понимающе посмотрел на моё отражение через зеркало заднего вида.
— Он будет первым кого я убью.
— Мне жаль… Ребёнка…
Мы зашли в отделение судмедэкспертизы со служебного входа. Как в фильме ужасов мы оказались в тесном длинном коридоре, в котором перегорели практически все лампочки и освещение держалось на двух желтых, свет от которых подрагивал.
Я следовала за своим верным рыцарем, цербером, которому доверяла на все сто процентов. Ощущение было, что моё сердце отказало, перестало перекачивать кровь, конечности начинали неметь.
Что если это Лука?
В маленькой, белоснежной комнате, напоминающей немного больничную, в самом центре стояло два металлических стола, на одном из которых лежало тело накрытое прозрачной пленкой. Трупный запах ударил в нос, вызывая новый приступ тошноты.
Я невольно скривилась, удерживая в себе желчь, потому что воды и еды во мне не было уже сутки.
— Намажь под носом. — протянул мне Захар баночку с мазью. Судмедэксперта не было в комнате.
