Слышу только шорох ткани, Дьявол раздевается.
Больше всего мне хочется сейчас раствориться в объятиях своего мужчины. Правильнее было бы воспротивиться ему, пойти против его воли и просто не дать желаемое. Но чувствую, как ему это необходимо. Выплеснуть внутреннюю энергию, спустить пар, почувствовать меня рядом. Он такой же зависимый, как и я.
Поэтому я послушно открываю рот, обхватывая губами бархатную головку. Очерчиваю языком ее края, переходя к пульсирующей венке. Его вкус и запах пробуждает животную часть меня, кого-то примитивного, кого я не знала раньше.
Лаская его, возбуждаюсь до корней волос. Словно управляю им, чувствую как он расслабляется и становится мягче. Дыхание становится чаще, но менее агрессивное.
Открываю глаза, решаюсь посмотреть на него. Не похож он на человека, темное существо, состоящее из нескончаемой энергии. Кажется, будто внутри него живет вулкан, извергающийся и пускающий разгоряченную лаву по его венам, заставляя быть таким неудержимым, бесстрашным и неконтролируемым.
Он выдыхает, закрывая глаза. Чувствую, как по его телу пробегает судорога, он еле уловимо вздрагивает, грозные морщинки на лице разглаживаются и он кончает.
Я сжимаю губами каменный ствол, заглатывая все его семя, чувствую себя укротительницей дикого зверя. Улыбаюсь уголками губ. Никто кроме меня не видит его таким, урчащим тигром.
Дьявол запускают пальцы в мои волосы, ласково поглаживая меня и держа за затылок. Даже сейчас, разрядившись, его член не стал мягче. Я облизываюсь, как кот при виде молока.
Руки затекли и болят в таком положении, но судя по всему он и не думает меня развязывать. Лишь подхватывает меня, усаживая на себя, сжимая ягодицы.
Неторопливо, растягивая удовольствие, медленно погружается в меня, заполняя. Он входит легко, потому что я мокрющая, готовая и его.
Дьявол целует меня, высасывая остатки воли. Сейчас мы оба вне проблем и происходящего, есть только мы. И нам хорошо вместе. Нет, не просто хорошо. Мы нуждаемся в друг друге, как в кислороде. Мы единое целое, если один чувствует боль — значит и другой тоже.
Эта целостность, она всегда была между нами, с детства.
Я бы все отдала, чтобы уехать за тысячи километров от всех этих проблем, без армии и интриг, чтобы были только мы.
Медленные толчки на пределе ощущений, невыносимо острые. Он выходит из меня полностью, а потом заходит до упора, заставляет быть на грани. Словно катает меня на качелях, вот я пролетаю на высоте, взмывая вверх, и вот уже на старте.
