Сначала все было хорошо. Корейская война, в которую США втянулись при президенте Трумэне, зашла в кровавый тупик, так что вся американская мощь с их авианосцами и стратегическими бомбардировщиками не смогла переломить сопротивления китайско-корейских ополченцев в ватниках, вооруженных винтовками и пулеметами «Максим». Война завязла на той же позиции, что и началась три года назад, при этом одна только американская армия понесла безвозвратные потери в пятьдесят тысяч солдат, да и то, что коммунистами во время этой войны были сбиты три тысячи самолетов и вертолетов, тоже не лезло ни в какие ворота.
Бывало, авианосцы возвращались с боевого дежурства в Японском море, имея на борту по десять-пятнадцать процентов от полной численности бортового авиакрыла. О трех миллионах погибших гражданских корейцах в этом кабинете вспоминать было не принято. Хватало и собственных бед."
"Едва приняв власть у Трумэна, Дуайт Эйзенхауэр взял курс на замораживание конфликта, но при попытке зафиксировать счет на табло ему отвесили просто оглушительную пощечину, начисто отбив у генерал-президента всяческие остатки критического мышления.
На первый невнимательный взгляд, события в Корее выглядели как испытания Советами на ограниченном театре военных действий новых, ещё неизвестных цивилизованному миру видов вооружений. Основания для такого мнения были вполне весомые. В сорок пятом году американские эксперты предполагали, что Советский Союз сможет создать ядерное оружие только через двадцать, а то и через пятьдесят лет, но на полигоне в Семипалатинске громыхнуло уже в сорок девятом.
Потом в небе Кореи неприятным сюрпризом стал новейший истребитель МиГ–15, который изрядно попил крови у американских «сверхкрепостей».
С толку американцев сбивали и опознавательные знаки в виде красной пятиконечной звезды, нанесенные на борта и днища вертких, как геликоптеры, пузатых аппаратов, забронированных настолько хорошо, что против них оказалась бессильна мелкокалиберная зенитная артиллерия — снаряды отскакивали от их обшивки как горох от стенки.
При этом «Каракуртов» в деле никто из американцев ни воочию, ни на радаре не видел, поэтому вся информация, циркулировавшая по пентагоновским коридорам, состояла исключительно из домыслов и вымыслов.
