И я не вижу здесь ничего смешного! – насупилась я, когда они дружно рассмеялись на мои слова.
Мне же было не до веселья. Вот совсем!
На душе кошки скребли, и я даже самой себе не могла объяснить, почему так погано себя чувствовала.
Я же не хотела фиктивную помолвку с Валрионом? Не хотела. Больше скажу, кандидатом на эту роль он был самым неподходящим. И всё равно…
– Давно Калардов так по носу не щелкали! – продолжала веселиться Тайра. – Это же надо… – она чуть ли слёзы, выступившие от смеха, с глаз не стирала.
– Никогда не заключу помолвку с сыном кота! – процитировала она меня, откровенно загоготав.
– Прости, Юстина, но это действительно очень забавно, – Араделис попыталась убрать с лица улыбку, но у неё ничего не получилось. – За ним добрая половина академии бегает, мечтая заполучить благосклонный взгляд, а ты…
– А мне конец, – без улыбки произнесла я, чуть снижая градус общего веселья. – Жениха нет, взять негде. Скоро дядюшка прорвется сюда и… всё, – отсалютовав девушкам кружкой, я траурно закончила: – Конец моей свободной жизни.
Меня заставят выйти за того слюнявого и… – махнув рукой, я допила остатки квасо-грибного напитка и отставила кружку на стол.
Сама не знаю, почему вместо своей комнаты я прибежала в покои Араделис. Но зашла удачно. Их с Тайрой посиделки были в самом разгаре. А увидев мой встревоженный вид, меня тут же пригласили за стол, потребовав объяснений.
– Рано ты сопли на кулак наматывать вздумала! – погрозила мне кулаком Тайра.
– Тебе ещё целитель тот окончательного ответа не дал. Мельника сын. Может, одумается ещё.
– Сомневаюсь, – покачала я головой. – Он слишком боится прогневать папеньку.
– Мужчины, – презрительно скривила губы Араделис. – На словах все такие герои. Важные. Опора и защита! – как ругательство произнесла она. – А как доходит до дела, прячутся у папеньки за штаниной! Трус!
– Или за хвостом! – громко рассмеялась Тайра. – Медведь, говорит… – спрятав лицо за ладонями, она пыталась побороть приступ смеха.
Не выходило.
– Эдрик хороший, – встала я на защиту юноши. – Немного не уверен в себе, но… – я махнула рукой, неожиданно улыбнувшись. – И ты ему очень нравишься. Как учитель. Как специалист, – тут же добавила я, вовремя прикусив язык. Не очень красиво было бы выдавать влюблённость Эдрика. – Он восхищен твоими достижениями."
"– Ещё бы, – тут же приосанилась эльфийка, не без гордости произнося: – Я всего добилась сама.
