Толпа стала вытягиваться в организованную очередь.
Какие дисциплинированные.
И мне пришлось занять место и ожидать. Только чего?
Студенты медленно проходили вперед, а гнусавый голос продолжал по кругу вещать правила академии:
– Каждый студент несет ответственность за поддержание чистоты в своих жилых помещениях.
– Господи, да какой же ты нудный, – прошептала я, стараясь рассмотреть, что же происходит.
– Следующий! Следующий! Следующий!
Очередь ускорилась, и незаметно для себя я оказалась той самой следующей перед пятью глубокими чашами, наполненными… магией.
– Подаем заявку, – объявил громогласно суровый мужчина.
Девушка, что была передо мной что-то бросила в чашу с золотистым содержимом. На первый взгляд мне показалось, что это жидкость, но субстанция вела себя… как сама этого хотела.
Я замерла перед чашами.
Белая. Голубая. Алая. Зеленая. Золотая.
Суровый мужчина смотрел исподлобья, многозначительно сопел, но молчал.
И что выбрать? Еще бы знать, что эти цвета означают.
Красный – точно нет – опасность.
Золотой… ну, это что-то для крутых и богатых. Белый напоминал мне о больнице. Врач из меня никакой. Голубой ассоциировался с водой или небом. Летать я не умела, плавала с трудом. Методом исключений остался зеленый.
– С богом, – пробормотала я, бросая колечко в зеленые переливы.
Глава 8. Мне нравится лечить больных людей!
Все остальные абитуриенты, что бросали в чаши что-то до меня, спокойно отходили в сторону, ожидая… да кто эту академию разберёт! Приглашения, наверное, пройти куда-то дальше.
Дальнейших указаний.
Но мне, как всегда, не повезло.
Не успела я опустить колечко, как почувствовала (в буквальном смысле!), что подо мной исчезает пол! В голове мелькнула мысль про бижутерию, которую не приняла чаша. Затем про дядюшку Юстины, что сумел каким-то образом вытянуть меня обратно…
Верещала ли я? Не то слово! Приземлившись в темном помещении на попу, я орала так, словно меня режут, помахивая при этом руками и путаясь в длиннющей фате.
– Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель, – от прозвучавшего баса, визжать я перестала.
Не дядюшка. И не Тёмный лорд… клянусь, стоило понять, что под попой каменная кладка, как я представила себе тот склеп с болтливой статуей.
Фух, кажется, пронесло. Приподняв край фаты, я опасливо рассматривала сидящих за столом мужчин.
– Мать – покойная графиня Маргарита Элейн, отец – лорд Элейн, – огромный мужик с малюсенькими глазками тщательно зачитывал информацию про Юстину с листочка.
