Если вы были легкомысленно настроены, почему вы сдерживали слезы?
Элизабет с недоумением посмотрела на него:
– Я любила мои изумруды.
От пола до потолка все тряслось от хохота. Элизабет подождала, когда он закончится и, наклонившись, гордо сказала доверительным тоном:
– Мой муж часто говорит, что изумруды в тон моим глазам. Не правда ли, мило?
Элизабет заметила, что Сатерленд начинает скрипеть зубами. Боясь смотреть на Яна, она бросила быстрый взгляд на Петерсона Делхэма и увидела, что тот внимательно наблюдает за ней с выражением, которое могло бы сойти за восхищение.
– Итак, – загремел Сатерленд почти неестественным голосом. – Теперь должны ли мы верить, что вы в действительности не боялись вашего мужа?
– Конечно, боялась. Разве я только что не объяснила, как он может быть жесток? – спросила она, еще раз с недоумением посмотрев на прокурора. – Естественно, когда Бобби показал мне свою спину, я не могла не подумать, что человек, грозящий сократить карманные деньги жены, может быть способен на все…
На этот раз громкий хохот длился намного дольше, и даже когда он замер, Элизабет заметила насмешливые улыбки там, где перед этим видела осуждение и недоверие.
– И, – загремел Сатерленд, когда его стало снова слышно, – мы также должны поверить, что вы убежали с мужчиной, который, как вы утверждаете, – ваш брат, и уютно устроились где-то в Англии?…
Элизабет энергично закивала головой и охотно рассказала:
– В Хелмшиде. Это прелестная деревушка у моря. Я очень прият… очень спокойно проводила там время, пока не прочитала газету и поняла, что моего мужа судят.
Бобби не считал нужным возвращаться, потому что он все еще был сердит на то, что его посадили на корабль моего мужа. Но я подумала, что мне следует вернуться.
– И как, – проворчал Сатерленд, – вы объясните причину вашего решения?
– Я не думала, что лорду Торнтону понравится, если его повесят… – Еще большее веселье охватило Палату лордов, и Элизабет пришлось подождать целую минуту прежде чем она смогла продолжить: – И поэтому я дала Бобби деньги, чтобы он уехал и жил, как ему нравится, но я уже говорила об этом.
– Леди Торнтон, – сказал Сатерленд пугающе ласково, от чего Элизабет внутренне вздрогнула, – понимаете ли вы значение слова «лжесвидетельство»?
– Я думаю, оно означает говорить неправду в таком месте, как это.
– Вы знаете, как королевский суд карает лжесвидетелей? Их приговаривают к тюремному заключению, и они проводят всю свою жизнь в темной сырой камере.
