Сообщение о проникновении в жилище и изнасиловании было зарегистрировано дежурным офицером полиции Сан-Хосе в 04:45. Как видим, насильник действовал очень оптимально, быстро и эффективно."
"Полиция Сан-Хосе отнеслась к расследованию весьма небрежно. Узнав, что потерпевшая не сможет опознать преступника в случае задержания, расследование сразу посчитали низкоприоритетным, т.е. без судебной перспективы. Повлияла на детективов, безусловно, и личность потерпевшей, которую полицейские приняли за проститутку-индивидуалку.
Во время допроса детективы убеждали Филис в том, что в её квартиру проник один из клиентов, решивший, что она хранит заработанные деньги где-то в тайнике, и предлагали ей вспомнить получше, кого же из клиентов напоминал нападавший.
Осмотр места преступления навёл детективов на мысль о проникновении преступника через входную дверь, для открывания которой использовались отмычки. Поскольку замок оказался открыт вполне профессионально, быстро и с минимальным шумом, полицейские лишь утвердились в уверенности в попытке ограбления как истинном мотиве нападения.
Понятно, что при такой оценке произошедшего сексуальный подтекст казался второстепенным и не заслуживавшим внимания.
Информация о нападении на Филис Акиру так бы и потонула водовороте сообщений о сотнях и тысячах других преступлений, происходивших на территории округа Санта-Клара в те месяцы, если бы не введенная к тому времени повсеместно практика передавать данные о сексуальных посягательствах полиции штата.
Там все эти сообщения обрабатывались и анализировались. Поскольку по целому ряду деталей нападение на Филис Акиру соответствовало криминальным стереотипам, присущим Гиене, руководство полиции штата рекомендовало Департаменту Сан-Хосе связаться с Группой «Западня» и предоставить её сотрудникам всю информацию о расследовании, которую они запросят.
Детективы из Сакраменто прибыли в Сан-Хосе, изучили следственные материалы и допросили потерпевшую. Без особых колебаний они сошлись в том, что нападение на Филис Акиру совершено именно Гиеной, а отнюдь не случайным грабителем или имитатором.
В рассказе Филис присутствовало большое количество совпадений с моделью поведения истинного насильника из восточного Сакраменто, которое невозможно было объяснить игрой случая: использование характерных слов и словосочетаний, последовательность действий, специфичность запугивания жертвы, особенности модели сексуального взаимодействия с жертвой и т. п.
