Много ранее описанного нападения — ещё во время дерзких вылазок Гиены в Ранчо Кордова — должны были возникнуть подозрения об использовании преступником велосипеда. Эта довольно очевидная мысль долго не могла проникнуть в умы руководящих полицейских работников, но наконец, спустя полтора года с момента начала розысков, даже самым упертым начальникам стало ясно — для блокирования преступника перекрытие одних только автомобильных трасс явно недостаточно… И вот происходит очередное преступление в классическом, если можно так выразиться, «стиле Гиены»: возле реки, рядом с дамбой, засаженной деревьями, где проложена длинная велосипедная трасса — всё в точности, как в Ранчо Кордова, только там река называется Америкэн, а здесь — Сакраменто.
Казалось бы, вот реальная возможность учесть прежние ошибки и упредить преступника!"
"Но… Полицейские патрули перегораживают улицы на востоке, останавливают все автомашины и записывают их номера, а преступник убегает на запад, садится на велосипед и беспрепятственно уезжает, игнорируя полицейскую активность.
И проделывает он этот фокус в который уже раз! Какими эпитетами можно прокомментировать эту ситуацию? Только самыми бранными…
Рыбаки, с которым разговаривал Гиена, превратились в важнейших свидетелей, пожалуй, даже более важных, чем Джин Эллен. Они видели преступника без маски и слышали его естественный голос — это было бесценно. Описания, данные этими свидетелями, оказались довольно схожими, хотя и очевидно неполными (поскольку они находились у подножия дамбы и смотрели на беглеца снизу вверх, то есть не видели его обуви и штанов).
По их словам, мужчина был довольно молод, примерно 25 лет, рост его составлял около 172—173 см., выглядел он худощавым, подтянутым, имел каштановые волосы и аккуратно подстриженные усики. Отличное, кстати, соответствие тому описанию, что дал убийце супругов Маджоре свидетель, найденный Рэем Бионди — тот тоже говорил об усатом мужчине с каштановыми волосами.
Разумеется, дотошным опросам были подвергнуты жители близлежащих кварталов.
Выяснилось много интересного.
Прежде всего, оказалось, что дом, явившийся местом преступления, уже за несколько дней до драматических событий оказался в эпицентре подозрительных событий. С начала апреля владелец соседнего дома стал замечать, что калитка, соединяющая задние дворы, с завидной регулярностью почему-то оказывается открытой. Он её всякий раз закрывал, но на следующий день или через день она опять оказывалась открытой.
