Захваченная в плен дивными видениями, я пропустила момент, когда сестры Ордена засуетились вокруг меня и моего покровителя. Вообще он не имел права находиться здесь. О чем ему в очень вежливой форме и сообщила сестра Ария:
– Вашей милости накрыли стол в Голубой гостиной. Позвольте проводить вас туда?
Получается, он заранее планировал остаться в пансионате на обед? Тогда для чего извинялся и уходил из моих покоев? Неужели для того, чтобы напасть на меня? Разум отказывался работать, пока я не поем. Поэтому нетерпеливо потянула благодетеля за рукав, напомнив о себе.
К сожалению, на ощупь по стенам мне никто не даст передвигаться. Это некультурно, некрасиво и не пристало леди.
Лорд об этом тоже догадался.
– Боюсь, это не входит в наши планы, – хорошо поставленным голосом вдруг сообщил мой покровитель. – В вашем пансионате не предусмотрены слуги для оказания помощи моей незрячей подопечной. Ни одна из вас не возьмет на себя обязанности нянюшки, ведь так?
Я вздрогнула и дернулась в сторону, отпустив руку покровителя, в попытке сбежать, однако ничего не вышло.
Цепкие пальцы крепко держали непослушную воспитанницу Ордена Магнолии.
– Поэтому подайте приборы и для меня.
Затем я отчетливо расслышала, как отодвигается стул. Меня же мужчина приобнял за плечи и помог сесть. Стул пододвигал к столу уже не он. Интересно, кто из сестер Ордена, которые всегда дежурили в столовой, снизошел до обслуживания Бледной Моли?
Увы, мне не доведется это узнать, если она сама себя не выдаст. Но нет, в полном молчании покровителю предоставили приборы, и он расположился по правую руку от меня.
Вам когда-нибудь доводилось, изнывая от голода, сдерживаться? Нет? И никогда не пробуйте! Леди должна всегда выглядеть безукоризненно, неважно, идет ли она по парку, где на нее обращены тысячи глаз, или направляется в дамскую комнату припудрить носик. Леди – пример для подражания. Леди не имеет права скатиться до обычной горожанки.
Глубоко вдохнула и медленно выдохнула, мысленно считая до десяти, чтобы успокоиться.
Да, организм требует немедленного принятия пищи, а руки желают поскорее вцепиться в ложку и кусок хлеба, но когда за каждым моим движением следит множество глаз, то… Общая молитва была произнесена сестрой Антонией перед обедом, и я на нее опоздала. Поэтому сложила ладони и приложила их к губам, мысленно возведя хвалу Господу за насущный день и посланную пищу. И была несказанно удивлена, когда по завершении моего беззвучного монолога услышала справа:
– Аминь.
