Я требую справедливости и привожу свои доказательства. Мне повторить название?"
"– Прошу прощения, – внезапно проговорила Виктория, – позвольте мне принести данный том. Я знаю, как он выглядит, и смогу…
– Довольно! – оборвала воспитанницу разъяренная сестра Иллира. – Кто бы мог подумать, что леди Виктория споется с Бледной Молью…
Мысленно я считала до десяти. Глупая женщина не видела директрису. Однако остальные прекрасно заметили, как отхлынула кровь от лица моей наставницы, как медленно она поднималась из-за стола и как от ее движений сжалась в тугую пружину сестра Раира.
– За твою наглость и неуважение к сестре Ордена…
– Замолчите!
Голос новой директрисы ураганом ворвался в поток слов сестры Иллиры, мгновенно оборвав ее самоуправство.
– С каких пор вы наделены подобными полномочиями? – обойдя стол и встав перед женщиной, тихо спросила названая матушка. – Впрочем, об этом мы поговорим позже. Леди Виктория, несите книгу.
Воспитанница вскочила с места, и через секунду ее юбка мелькнула в дверях.
– Сестра Раира, вам тоже кажется, что информация, которую преподнесла леди Инари, выдуманная?
– Н-нет, – заикаясь, ответила женщина и мгновенно поднялась на ноги.
– Но я несказанно удивлена тем, что девушке известен этот факт. На своих занятиях я не освещала этот вопрос.
– Следовательно, вашу ученицу за правильный ответ отправляют в камеру, а вы не желаете вмешаться и отстоять ее права? У вас личная неприязнь к данной воспитаннице?
Слова наставницы еще несколько минут эхом отдавались в голове. Я не понимала, какую игру она затеяла.
Кому, как не ей, было известно, что личная неприязнь к Бледной Моли здесь практически у каждого человека.
– Вы неправильно поняли, – попыталась увильнуть от гнева директрисы сестра Раира. – Я находилась под впечатлением от начитанности Блед… леди Инари и просто не успела вовремя среагировать на замечание сестры Иллиры.
– Не успели среагировать? – ухмыльнулась наставница. – Уж не хотите ли вы восстановить былую сноровку посредством тренировок с господином Ифлором? Могу устроить.
Почтенная дама побледнела от такого предложения.
Наш преподаватель физкультуры был фанатом своего дела. Он не знал, что такое боль и отсутствие сил. Мне нравились его уроки. Он никогда не делал никому поблажек и никого не выделял. Бледная Моль отжималась наравне с другими девушками. И как бы те ни орали, что не обязаны выполнять эти адские задания, на специальной площадке за главным зданием каждая находилась до последнего выполненного упражнения.
