Будучи экспертом в сфере записи электрических сигналов мозга, Рон занялся вопросом, возможно ли отследить изменение нейронной активности, отмечая, когда определенные части мозга реагируют на свет, присутствующий только в одном поле зрения. Простой эксперимент. Мы знали, что в здоровом мозге информация передавалась бы из одного полушария в другое. Также продолжались дебаты о том, возможна ли подкорковая связь между полушариями. Вероятно, запись реальных нейрофизиологических сигналов помогла бы прояснить ситуацию.
Уже было известно, что в обработке зрительной информации участвуют определенные мозговые колебания – так называемый комплекс P1/N1[167]. Эти колебания легко детектировались и были на удивление симметричны в зрительных областях обоих полушарий, даже когда стимул предъявлялся только в одном поле зрения. Как и при помощи каких нейронных цепей это получалось?
Напомню, что если в левом поле зрения показать какое-то слово, то информация поступает напрямую в правое полушарие. Если произнести то же слово вслух, эта информация уже переходит из зрительной коры правого полушария в речевую область левого.
Возможно ли напрямую детектировать этот “поток” электрической активности? Само считывание электрических сигналов с кожи головы – это рутина. Каждый, кому делали электроэнцефалографию, знает процедуру: небольшое количество электропроводящего геля наносят на кожу головы и погружают в него чувствительный электрод, который подключен к предусилителю и усилителю и в итоге к компьютеру для анализа.
Тут все несложно."
"Как и ожидалось, Рон показал, что сигнал сначала появлялся в правом полушарии, а затем, на несколько миллисекунд позже, – также и в левом. Все ясно как день. Далее он нашел пациента, которому должны были полностью рассечь мозолистое тело, но поэтапно, начиная с передней части. Когда Рон провел эксперимент после первой операции, оказалось, что комплекс колебаний P1/N1 продолжал проходить из правого полушария в левое. В случае этого пациента потребовалось три операции, чтобы полностью рассечь мозолистое тело.
При второй операции разрез произвели до конца, до задней части мозолистого тела, но это не возымело никакого эффекта на изучаемые мозговые колебания. Поскольку некоторые волокна случайно остались целыми, была проведена третья операция, которая завершила рассечение мозолистого тела, и вот тогда те мозговые колебания больше не появлялись в левом полушарии, а только в правом, которому первому предъявили стимул.
