Затем Кайвен поспешил к себе, чтобы переодеться, а то бриджи намокли от крови, и ткань липнет к коже. Неприятно.
Пока он приводил себя в порядок – посетил купальню, сменил одежду – Гривс помалкивал. Дух всегда безошибочно чувствовал настроение хозяина и сейчас понимал, что лучше не лезть под горячую руку.
К сожалению, ни теплая вода, ни чистая одежда не улучшили ситуацию. Кайвен не находил себе места. Даже спокойно сидеть не мог. Вместо этого расхаживал по гостиной туда-сюда, нервно поправляя то волосы, то одежду.
Эмоции закручивались смерчем и метались. Казалось, если не выпустить их наружу, разорвут изнутри.
Не выдержав, Кайвен поспешил к балкону. В покоях дракона он особенный – без перил, каменный и ровный, похожий на утес. Отличная площадка для взлета и приземления.
– Сейчас? – не выдержал Гривс. – Ты серьезно хочешь перекинуться сейчас?
– Дракону необходимо выпустить пар, – сбрасывая на ходу рубашку, ответил Кайвен. – Если не сделаю этого, будет только хуже.
Гривс не стал спорить. Видимо, понял по его голосу, что дела плохи.
Дракон – это инстинкт. Он не думает, он жаждет. Остро, ярко, нетерпеливо. Его потребности невозможно игнорировать, их нельзя отложить на потом. Если не дать дракону желаемое, он вырвется и сам возьмет свое. И неважно, что это… полет, голод, женщина… дракон всегда получает то, что хочет.
Но иногда дракона можно обмануть. Дать ему взамен что-то другое. Вот и сейчас Кайвен планировал провернуть этот фокус. Пусть дракон расправит крылья, полетает, сбросит напряжение.
Возможно, это немного его успокоит.
Конечно, выпускать дракона в таком состоянии опасно. Оборачиваясь, Кайвен лишается контроля, из рук человека он полностью переходит в лапы дракона. Но сил сдерживаться нет, они все истрачены во время пиршества.
Вслед за рубахой на пол отправились сапоги и бриджи. На балконный уступ Кайвен вышел обнаженным. Ледяной порыв ветра прилетел со снежных вершин гор и вмиг выстудил тело. Человек без одежды на таком холоде замерзнет насмерть за несколько часов.
Дракон – другое дело.
Отпустив контроль, Кайвен позволил телу измениться. Тянущая боль, что всегда сопровождала трансформацию, была даже приятной. Она предвещала свободу. И вот уже аметистовый дракон расправил крылья. Его чешуя переливалась в свете звезд, а глаза горели сиреневым светом. Сила и мощь чувствовались в каждом движении.
Разбег, прыжок вниз, несколько взмахов крыльями и вот он – долгожданный полет. Ветер ласкает чешую. Уже не холодит, а приятно остужает.
