– Подарок? Мне?
Он кивнул, и внутри что-то дрогнуло.
До этого момента генерал заботился о нас, покупал все, что необходимо, и я была ему за это благодарна. Но это был его первый настоящий подарок для меня.
– Что там? – спросила, невольно смущаясь.
Вместо ответа Данте улыбнулся, глазами предлагая взглянуть.
Радостное предвкушение запорхало бабочками где-то у солнечного сплетения, и я медленно подняла крышку. Внутри на бархатной подложке лежали колье, браслет и пара длинных сережек. Белый металл, черные прозрачные камни, которые красиво преломляли свет на гранях.
Умопомрачительное великолепие!
Никакие драгоценности, которые я везла с собой, не могли сравниться с тем, что подарил мне генерал.
Осторожно подняла длинную сережку, и украшенные камешками висюльки задвигались, заискрились звездами. Казалось, черные камни притягивают все источники освещения разом, а затем отражают! Глаз не отвести!
– Это… Это… – У меня перехватило дыхание и закололо в носу.
– Это – драконьи слезы! – подсказала Анисья. – Лэрд, подарил тебе целое состояние, деточка! Цени!
Я испуганно вскинула глаза на Данте.
– Анисья права, эти камни зовутся черными драгиньолами. Их рождает драконья магия, только так их и можно добыть.
– Лэрд, ваша суть… Она вернулась?! – прошептала Беляна.
– Магия – да. В полной мере. Но обратиться я по-прежнему не могу. Что-то мешает…
В дверь покоев постучали, и Беляна побежала открывать.
– Лэрд, лейра, это слуга мэра. Он пришел, чтобы вас проводить.
– Передай, что мы будем через несколько минут, пусть подождет, – сказал генерал и взял в руки колье.
– Повернись, – попросил он, и я повиновалась.
Я наблюдала в зеркало, как мне на грудь опустилось тяжелое прохладное ожерелье. Пальцы Данте коснулись кожи, запуская в забег сонмы приятных мурашек. Такое простейшее действие показалось изысканной лаской, вызвавшей характерное напряжение во всем организме.
Я встретилась взглядом с его отражением и невольно приоткрыла рот, чтобы позволить себе чуть больше воздуха.
– Тебе очень идет.
Похвала прозвучала почти скромно, если бы не вибрация хриплых будоражащих ноток в голосе, от которых стало только невыносимее.
– Беляна, принеси мне, пожалуйста, воды. Что-то в горле пересохло, – попросила я, пряча взгляд и заалевшие щеки.
– Пойду, пока переоденусь. Будь готова, – сказал Данте и, прихватив из рук Беляны камзол, поспешно скрылся в ванной комнате.
– Боги, лейра! От вас же искры так и сыплются! – пискнула Белка, подавая мне воду в тонком хрустальном стакане.
