– Здорово!
Я только пожал плечами.
– Нет, Данте, послушай! Если начать поставки ранита в Левшары и другие княжества, можно неплохо заработать. Опять же простые горожане в Морейне смогут позволить себе приличную ванну, я не говорю уже о прочих удобствах. Можно наладить доставку, да хотя бы до того самого рынка, где мы спасли Ульриха. Уверена, волки с радостью поучаствуют в этом деле за небольшую долю от прибыли. Обеспечат охрану…
– Я рад, что ты заботишься о нашем благосостоянии, но, к сожалению, с ранитом это не получится.
– Почему?
– Дело в том, что эти камни накапливают магию Хаоса, которая просачивается из-за Завесы. В Левшарах такие удобства превратятся в обычный камень, что вряд ли кого-то обрадует.
– Ну вот! А такая хорошая идея была… – расстроилась моя истинная.
– У меня есть другая. Может, не такая замечательная, как твоя, но уверен, тебе придется по душе.
Я запер дверь, а затем многозначительно посмотрел на Элению.
– Ты прав… Нужно ополоснуться с дороги, – пробормотала она смущенно и потупила взгляд.
Заметив, как щеки моей истинной вспыхнули, я вдруг понял, что моя идея не такая уж и замечательная, как я полагал. Первый же не выдержу! Но идти на попятную было не в моих правилах.
«Крепись, Данте, ты сам себе злобный тролль!»
Я развязал завязки на плаще Элении и отбросил его в сторону. Помог справиться с мелкими пуговками на легкой дорожной куртке, надетой поверх платья. Видит Локрус, в иной ситуации я бы их просто рванул, чтобы посыпались по нагретому каменному полу, но сейчас оттягивал события как мог, в надежде, что судьба предоставит мне возможность избежать грядущей пытки.
С одной стороны, мне ничего не мешало соединиться с Эленией здесь и сейчас, мы ведь уже были вместе. Она – моя душой и телом, и скоро сама это признает. У нас растет сынок… Но с другой, что будет, когда Эления узнает, что это я был в том борделе? Простит ли? Или решит, что я воспользовался ею раз и продолжал поступать так.
Я мог бы приказать ей.
Мог бы заключить брак в любом из храмов по пути. Да хоть бы пригласить жреца сюда этим же вечером. Но я не хотел оскорбить ее снова. Хотел сохранить то доверие, которой сформировалось между нами сейчас. Она оценит мою выдержку потом. Позже. Обернувшись назад…
Воздержанием я как будто бы вымаливал прощение у самого себя за тот первый раз, когда не дал ей выбора.
– Сядь сюда, – попросил я.
Эления присела на нагретую каменную скамью.
