Я чувствовала тотальное опустошение и не могла подыскать слова, чтобы хоть что-то ей ответить.
– Лейра, пожалуйста! Простите меня! Лейра… – продолжала умолять Беляна.
– А я ведь тебе Сашку доверила… – это все, что я смогла выдавить тихим шепотом, но Белка услышала.
Черт возьми! Еще бы она не услышала! У оборотней замечательный слух!
– Меня заставили! Я не…
Белка вдруг метнулась в сторону. Среагировав, Ульрих бросился к ней, чтобы схватить, но в руках у него осталось лишь платье.
Мимо меня пролетела белая молния и скрылась за углом здания.
– За ней! – завопила я запоздало.
Здоровенный волк скрылся за поворотом раньше, чем клочья разорванной одежды упали на землю. Кажется, он лишь на пару мгновений отставал от Беляны.
Шокированная такими скоростями, я застыла посреди двора. Медленно подошла и подняла созданное Сетабией произведение искусства. Праздничное платье – все, что осталось от девушки, бывшей мне верной помощницей и нянькой моему сыну.
Мне было искренне жаль, что все так обернулось. Верить в то, что она меня предала, не хотелось. Сжав в пальцах тонкую ткань, я зажмурилась от прострелившей виски боли. Голова просто раскалывалась.
Рядом раздался голос Данте:
– Эления…
Я замерла, не в силах посмотреть на него. Казалось, если сделаю это, то просто расплачусь.
Дракон обнял меня сзади. Осторожно, словно боясь, что оттолкну. Убегали мгновения, а мы просто молчали, стоя посреди двора.
Я тайком наслаждалась его близостью и едва сдерживалась, чтобы не обнять в ответ.
– Почему ты мне не рассказал? – прошептала, чувствуя, ком в горле. – Я бы поняла. Возможно, сначала нет, но потом поняла бы…
– Испугался, – признался генерал. – Мне и сейчас страшно, как никогда в жизни. Прости меня…
Генерал говорил почти буднично. Мы будто беседовали о том, что приготовить на завтрак, если бы не легкая хрипотца в его голосе, выдающая усталость и волнение.
Но его сердце колотилось мне в спину так быстро, что даже делалось страшно.
– Хочешь… Хочешь, я расскажу тебе, как все случилось? – предложил он. – Ты поймешь, что нам было очень хорошо. Представляешь, кто-то подстроил все так, чтобы мы оба это забыли. Но я вспомнил. И ты тоже обязательно вспомнишь, Эления. А я помогу. Не хочу, чтобы ты считала меня насильником…
– Нет! – поспешно отказалась я.
