– Брат наконец расстегнул ей джинсы, пробираясь в трусики, я же молча наблюдал, получая извращенное удовольствие от всего происходящего. – О-о-о, какая ты мокренькая… И наверняка сладкая, не могу дождаться, когда попробую тебя на вкус…
– А-ах-х, – вскрикнула она, когда Дем начал круговыми движениями обводить ее клитор, трясь при этом о ее аппетитную попку своим пахом, я же, поняв, что просто не выдержу, расстегнул собственные джинсы, смыкая пальцы вокруг своего бедного каменного члена.
– Черт! Продолжай, Дем! – прорычал я, вновь возвращаясь к своему лакомству и вбирая в рот сосок.
– Ну не надо-о-о! – очередное хныканье, только вот то, как она подалась ко мне торсом, теснее прижимаясь к моему рту, ясно давало понять, что протестуют против происходящего только ее губы.
– Ты ведь сама хочешь, – выразил мои мысли брат, активнее тараня ее своими пальцами. – Наш невинный ангелочек сам желает быть пронзенным… Нанизанным на два члена…
– Не-ет, я не хочу, – стонала наша малышка, извиваясь и насаживаясь на пальцы Дема, которые двигались всё быстрее и быстрее, подводя ее к оргазму.
– Хватит ломаться, крошка, наслаждайся, – исторг хриплый смешок Дем, уже полностью взяв контроль над ее телом. Она не могла сопротивляться и просто вцепилась в его сильное предплечье, как за единственную опору. Поднималась на цыпочки, чтобы Дему было удобнее. Он двинул рукой еще глубже и резко поднял голову, передавая мне мысленное послание.
«Охренеть, она девственница.
Так даже интереснее, брат, мы будем у нее первыми».
Предвкушение взорвалось внутри фейерверком, и я застонал.
«Привезем ее к нам, хочу взять ее на удобной постели, а не в грязной подворотне».
Он кивнул и провел длинную линию языком вдоль ее тонкой шейки, Настя тут же наклонила голову, предоставляя ему свободу лизать и целовать ее. Быстро сдалась, малышка. Я бы даже заревновал, если бы мог думать о чем-то, кроме того, как быстрее получить свое наслаждение.
Я видел воочию, как Дем ласкает ее, и синхронно двигал своей рукой по члену, представляя, как он окажется внутри нее.
Как там будет тесно и жарко, ведь еще никто не оказывался там, мы первые распечатаем эту малышку. На двоих. Рука сжалась сильнее на стволе, головка стала влажной и налитой кровью. Я завелся до предела, хрипя и во все глаза смотря на сплетенные тела брата и его жертвы.
– А тебе не слишком много? – потянулся я к руке Насти, обращаясь к Дему. – Я тоже хочу.
