Наша малышка строит из себя скромную отличницу. Росла в приюте, работает официанткой и учится.
– Ого! Просто штамп на штампе, – расхохотался я. – Мильеретта постаралась на славу! Настоящая девица в беде.
– Я тоже так подумал, – кивнул Алекс. – Черт!
– Что? – наблюдая за его метаниями, спросил я.
– Голод.
– Еще две недели, – нахмурился я.
– Знаю. Но эта дрянь раздразнила меня и сбежала, а от возбуждения я всегда голоден, – доставая из холодильника остывший стейк, прорычал он.
– Брось это. Пойдем лучше поедим в каком-нибудь ресторанчике, – встал я, беря с полки ключи от машины.
Алекс сегодня был на своих двоих, чтобы не нервировать девчонку, да и самому не сойти с ума от зова в тесном пространстве машины.
– Может, позвоним Амуну? – не сдвигаясь с места, спросил брат.
– Ты знаешь правила. Не чаще раза в три месяца, – качнул я головой. На самом деле я и сам чувствовал дикий голод.
– Иногда я жалею, что мы стали такими человечными, – запрокинул Алекс голову, издав протяжный стон.
– Наша человечность, как ты это называешь, не раз спасала наши шкуры. Темные стражи не дремлют, и рано или поздно те, кто нарушает законы нашего мира, получают по заслугам.
Оборотни, как и другие виды обитателей потустороннего мира, нуждались в подпитке. Для вампиров это была кровь, для нас же – человеческое сердце.
В древности мы просто охотились и убивали людей, разрывая их на части в стремлении добраться до самого вкусного, но с развитием цивилизации стало всё труднее скрывать свои преступления в мире людей.
Темные стражи начали наказывать, казня провинившегося так, чтобы остальные не рисковали нарушать новые законы. Хорошо, что нас с братом еще не было тогда на этом свете, не хотелось бы мне есть свиные сердца, как приходилось многим.
Много позже появился Амун со своей сверхсекретной корпорацией, который не только снабжал кровью свою расу, но и сумел сделать так, чтобы каждый житель нашего мира смог утолить свой голод. Правда, было одно условие – питаться мы могли не чаще раза в три месяца.
– Ты прав. Не знаю, что со мной. Эта девчонка меня взбесила своим побегом.
– Так давай найдем другую и оттянемся? Сколько можно жить монахом?
– Ты прав. Мне нужна разрядка, пусть и мимолетная.
***
– Смотри, какая рыжая цыпочка, – обратил я внимание брата на девку, которая битых полчаса крутила перед нами своей задницей и выворачивала наружу из выреза крупные коричневые соски.
