— Почему сейчас? Почему всё изменилось?
— Это нам и предстоит выяснить, — по голосу кажется, что Тарос улыбается.
— Ты что-то недоговариваешь, — злится Кристард.
— Конечно недоговариваю! — смеётся тот. — Иначе какой из меня был бы лариан? Но вот что я тебе скажу: береги свою маленькую жену. Очень береги.
— Ты мне угрожаешь? — температура в источнике, кажется, падает на несколько градусов от тона Кристарда.
— Дыши легче, — фыркает Тарос. — Это дружеский совет. Потому что если наши подозрения верны, то очень скоро она может тебе понадобиться.
Больше, чем ты думаешь.
Я почти физически чувствую, как напрягся Кристард. Его молчание говорит громче любых слов.
— Снова несёшь чушь, — наконец произносит он, но в его голосе нет привычной уверенности.
— Возможно, — легко соглашается Тарос. — А возможно и нет. Время покажет. Кстати о времени, мне пора. В отличие от некоторых, у меня нет красивой молодой жены, которая греет постель.
— Тарос, — я едва различаю имя в выдохнутом Кристардом рычании.
— Да-да, знаю – не моё дело, — слышится плеск воды.
— Но серьёзно, Крис... присмотрись к ней внимательнее. Иногда самое ценное прямо перед носом, а мы этого не видим.
После ухода Тароса я жду ещё несколько минут, вслушиваясь в тишину, нарушаемую только плеском воды. Кристард остался? Ушёл в лес? Почему-то мне кажется, что он и не такое может вычудить.
Наконец, решаюсь. Нужно уходить, пока есть шанс. Кто знает, сколько ещё Кристард пробудет в источнике? Нельзя попадаться ему на глаза.
Медленно, стараясь не создавать ни малейшего всплеска, поднимаюсь из воды.
Мокрая сорочка облепляет тело, с неё стекают ручейки. Каждый шаг даётся с трудом, ткань липнет к ногам."
"Добравшись до раздевалки, едва сдерживаю облегчённый вздох. Мои вещи лежат там же, где я их оставила. Трясущимися руками стягиваю мокрую сорочку, торопливо вытираюсь. Холодный воздух покрывает кожу мурашками, заставляя двигаться ещё быстрее.
Только бы успеть... Лишь бы он не вышел раньше...
Шаги!
Уверенные, тяжёлые шаги за спиной заставляют меня замереть.
Сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с утроенной силой. Я наспех пытаюсь завернуться в полотенце, но, по закону подлости, оно скручивается, оставляя меня даже без такой защиты.
Кристард стоит в дверном проёме. Его волосы влажные после купания, полотенце висит на плече, даже не пытаясь прикрыть мощный торс. Ничего кроме на нём нет.
Глава 26
Меня пугает его взгляд – холодный, пронзительный, оценивающий.
