– Ты чего? – внимательно оглядывает меня Ростислав. И тут же сам находит причину. – Не мандражируй. Прорвемся.
– Поклянись, что ты не причастен, – от охватившего бессилия бью кулаком по мускулистой груди, всматриваюсь в совершенно спокойное лицо Градова.
Натыкаюсь на твердый взгляд небесного цвета глаз.
Чуйка шепчет «Это не он. Не он!». Хочу верить. Очень хочу!
Вот только Градов молчит. Да и из меня физиогномист так себе.
Неужели он в деле? Вывернется сейчас. Переобуется на ходу. Наедет на меня…
Но Ростислав впивается в меня обалделым взглядом, словно видит впервые.
И тяжело выдохнув, заявляет.
– Нет, Влада. К покушению на Леху я не причастен.
– Правда? – смотрю во все глаза, стараясь подметить каждую эмоцию.
– Истинный крест, – совершенно серьезно кивает Градов. И крестится в подтверждении своих слов.
Правда, крестится!
38. Я сильно накосячил
Влада"
"– Я пришел с миром, – глухо говорит Ростислав. Одним движением разворачивает меня к окну. Кивает на огромный букет роз, стоящий в ведре около портьеры.
Протягивает руку к лежащему на полке бледно розовому пакету в бледно-сиреневому пакету. Торжественно вручает его мне.
– Это тебе, – заявляет на полном серьезе. – Цветы тоже. Потом перенесем в твою комнату.
– У меня аллергия, – замечаю на автомате. – Мне ничего не нужно.
Но Ростислава переубедить трудно. Он отказов не принимает.
Наверняка думает, я ему на шею кинусь. Да и не время сейчас выяснять отношения. В доме полиция. А меня обвиняют в убийстве.
Меня! Обвиняют…
Даже в голове не укладывается!
Подарок в глянцевой бумаге жжет руки.
– Что это? – смотрю в ужасе.
– Не бойся. Не бомба. Таак… Ерунда всякая. Открой.
Умом понимаю простую истину. Мне не стоит принимать презенты от Градова. И выяснять с ним отношения тоже. Как можно выяснить то, чего не существует!
Но непослушные пальцы инстинктивно разрывают обертку. И стоит только показаться уголку книги, я понимаю что внутри.
Аж дух захватывает от возбуждения.
Ноты! Глинка! Тот самый сборник!
Господи, да я то и дело на них пялилась! Купить, конечно, могла.
Стоило только заикнуться Черкасовым. Но честно говоря, никогда их вниманием не злоупотребляла.
– Это тебе. Небольшой подарочек, – порывисто объясняет Ростислав. – Мне еще многое предстоит исправить. Вымолить прощения. Ты же не в чем не виновата.
Ростислав усмехается горько. Видно, что каждое слово ему дается с трудом.
– А это так… Спонтанно получилось, – роняет он поспешно.
Нервничает.
