Укол был болезненным. Бет сделала глоток кофе и попыталась прийти в себя. Спазмы в животе, сердцебиение… Раньше за ней такого не водилось.
— Значит, удерживаете крепость?
Он задержал взгляд на секунду дольше, чем следовало.
— Да. — Она с трудом отвела глаза. — Папа умер в августе, а в сентябре я переехала сюда.
Элизабет была готова рассказать ему о том, чем занималась прежде, о своей тоске по офису в Бостоне. Данк Хаммел должен был знать, что она добилась высокого положения и сделала головокружительную карьеру. Однако что-то заставило ее запнуться, и причиной тому был не только комок в горле.
Какое дело Данку и всем бывшим и настоящим обитателям Кейп-Норда до ее карьеры? Если ему интересно, пусть спросит сам.
Внутри вновь зазвучал сигнал тревоги. Давно прошедшие времена, старая влюбленность и, если быть честной самой с собой, старый страх… Бет долго смотрела в окно, чтобы собраться с мыслями. Черт бы его побрал! Заставляет ее краснеть на собственной станции…
Первым нарушил молчание Данк.
— Зачем вам понадобился этот драндулет?
Она потрогала фирменный знак на боку компьютера.
— Компания вашего отца выпускает хорошую продукцию, но у нас уже есть все, что нужно. Если вы приехали сюда по поручению фирмы и хотите сбыть нам новую систему, то вы опоздали.
Бет смело посмотрела ему в глаза и заметила, что они потемнели.
— Дьявольщина, неужели я похож на технаря или коммивояжера?
— Системщики и продавцы компьютеров часто переодеваются. Когда я слышала о вас в последний раз, вы следовали по стопам отца.
— Я давным-давно расстался с его бизнесом.
— Я не знала. — Лучшее средство от сердцебиения — атака. Надо заставить его перейти в оборону. — И как, с миром? — спросила Элизабет, напустив на себя самый простодушный вид.
Казалось, этот вопрос заставил его вздрогнуть.
— Прибережем эту тему для другого раза.
— Ну, если вы приехали не для того, чтобы сбывать компьютеры, тогда садитесь.
Ей хотелось, чтобы он сел, откинулся на спинку стула и почувствовал себя как дома. Хотелось, чтобы он обратил на нее внимание, чего никогда не делал прежде.
В былые времена десяти минут внимания Данка Хаммела ей хватило бы, чтобы прыгать до потолка целую неделю.
Однако он продолжал стоять и, насупившись, следил за распечаткой.
— Я здесь из-за лодки. Решил вернуться в Кейп-Норд навсегда. У меня двадцатитрехфутовый «бристоль». Хочу поставить его на зимовку и перебрать мотор. Честно говоря, я рассчитывал на вашего отца. Надеялся, что он здесь.
— Станция в хороших руках.
