Вы были незначительным до того, как вернуться. Итак, вы устроили отпуск, что-то вроде последнего путешествия для вас с Вейном, восхождение на Массену. Вейн был отличным альпинистом, он был великолепен во всем, что делал, в отличие от вас.
— Смерть Вейна была вызвана неисправностью оборудования. Это был… — Одрик заколебался.
— Несчастный случай? — Кассандра подняла бровь. — Их было много вокруг вас. Ваши родители, Вейн, ученый Ола, даже принц Вэнс, — Кассандра расслышала, как Якира втянула воздух. Якира смотрела на своего супруга пустым взглядом.
— Это возмутительно! Ты заплатишь за клевету на меня! — Одрик поднялся.
— Нет. Ты заплатишь за то, что сделал с моей племянницей, с моей семьей, с моей планетой, да и со своей собственной! Ты убил семь миллиардов человек из-за какого-то предположения! Вероятности того, что настоящая королева была на Земле, ты даже не был уверен!
— Ты никогда не докажешь этого!
— Ты прав, — вздох прошелся по Ассамблее. — Я не буду, — повернувшись, Кассандра посмотрела на Викторию.
Все наблюдали, как крошечная девочка с длинными рыжими волосами пересекала сцену в необычных синих штанах. Она остановилась рядом с тетей.
— Кто это еще такая? — потребовал Одрик, его глаза уставились на Кассандру.
— Это Виктория Линн Чемберлен, моя племянница."
"— И ты действительно ожидаешь, что кто-нибудь поверит этому ребенку?
— Я больше тебя не боюсь, — взгляд Виктории пронизывал его, ее голос, хоть и юный, был твердым. — Раньше мне снились кошмары, что ты вернешься, найдешь меня снова, но больше нет.
Ты забрал меня утром и зафиксировал на столе, чтобы я не могла двигаться. Там было так ярко, — так ярко, что у меня болели глаза, но за пределами света было темно. И в темноте раздавались голоса, множество голосов. Потом там появился ты, смотрел на меня, трогал меня.
Настрой Ассамблеи привел Одрика в чувство.
— Вы не можете верить истеричному ребенку! — Одрик выкрикнул Ассамблее.
— Истеричному? — Кассандра посмотрела на Викторию, потом обратно на Одрика.
— Она была ребенком, она не может ничего помнить! — Одрик не понимал, в чем он только что признался, Кассандра поняла и видела, что Якира тоже это осознала.
— Ты был зол, зол на мятежников, — Виктория переключилась на язык мятежников. — Ты называл их глупыми, сказал им, что я не свет, что не будешь соблюдать соглашение, — Одрик побледнел от того, что сказала Виктория.
— Это просто невозможно.
— Что именно? — спросила Кассандра.
