— Деффонд пришлет кого-то починить лестницу.
Марат стоял у основания лестницы, когда Кассандра споткнулась в прошлый раз.
— Да, адмирал.
Кассандра продолжала идти, а Уильям остановился, чтобы поговорить с Маратом. Она устала и знала, что ей нужно отдохнуть, но оказалась у дверей сада.
— Кассандра?
— Мы можем прогуляться в саду?
— Ты просто валишься с ног, — он приподнял ее лицо, заглянув в ее глаза.
— Да. Но я хотела бы прогуляться с тобой под луной.
Сердце Уильяма дрогнуло, прогулка под лунным светом с его спутницей жизни, как он мог сказать «нет»? Открыв двери, он взял ее за руку.
Они вошли в сад и остановились, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Воздух был прохладным и свежим, с ароматом цветущих ночью цветов. Они прогуливались по дорожкам, созданным Латой рука об руку. Достигнув центра, она взглянула на звезды.
— Это то, на что ты смотрел, пока рос? — Уильям тоже поднял глаза.
— Да. Я лежал на спине и смотрел на них часами напролет. Было интересно, что там есть. Кто там есть.
— Они выглядят другими.
— Другими?
— Ни одна не расположена там, где должна быть, — прислонившись спиной к груди Уильяма, она вздохнула. — Может быть, они пытаются мне что-то сказать?
— Ты там, где должна быть, в моих объятиях, смотришь на звезды. Я мечтал, что когда-нибудь обрету это, — он поцеловал ее в макушку.
— Что? Стоять в темноте с женщиной, которую кто-то пытается убить, которая не только ответственна за смерть семи миллиардов человек, но заставила твоего сына и лучшего друга сомневаться в тебе?
— Прекрати! — Уильям повернул ее лицом к себе, слегка встряхнув.
— Стоять здесь, со своей спутницей жизни, женщиной, которую я люблю, и которая любит меня. Ты не ответственна ни за что из этого, Кассандра. Ты имеешь дело с тем, что натворили другие.
— А что насчет Кайла?
— Все обязательно образуется. Дай ему время. Кассандра, мы здесь всего три дня.
— Всего-то? Мне казалось дольше, — она смотрела в его глаза. — Ты знаешь…
— О чем? Что ты хочешь знать? — он увидел проблеск слез в ее глазах.
— Где находилась Земля? Ты видишь это место отсюда? — сердце Уильяма болело вместе с ней.
Развернув любимую, он прижал ее к своей груди. Взяв ее за руку, он указал пальцем на очень темное пятно на небе Кариниана.
— Погоди. Вот, ты видела этот слабый блеск, — он почувствовал ее кивок. — Это и есть твое Солнце. Ему нравится дразнить глаз, заставлять думать, что его там нет. Но это не так. Оно все еще находится там, — Уильям почувствовал, как она расслабилась против него.
