— У тебя были более важные дела.
— Не сейчас, скажи мне, что ты нашла, — она привела предыдущие результаты поиска.
— Было всего четыре передачи от каринианского предателя к мятежникам. Оба набора подписей совпадают.
— Включая вчерашнюю передачу?
— Да, но я не смогла сопоставить подписи с атаками, когда у них появились координаты флотов. Так что я расширила поиск, чтобы найти любые передачи, содержащие подписи мятежников.
— Сообщения должны были подхватить что-нибудь от мятежников.
— Они не были от мятежников, только если был бы ответ.
— Два, каждый из которых содержит только цифры.
— Местонахождение флота.
— Да, — Кассандра подождала, когда он встал и шагнул, прежде чем глаза адмирала встретились с ее.
— Это не та же самая подпись.
— Нет.
— Кто-то другой… то же самое в обеих передачах?
— Да.
— Есть два варианта.
— Это выглядит таким образом, — она наблюдала, как он обдумывал различные сценарии в своей голове. Притянув стул, он сел рядом с ней.
— Что еще?
— Все эти передачи имеют восемнадцать строк кодирования.
Что означает некоторую конфиденциальность, но не самый высокий уровень, высокий уровень может заставить его искать, верно?
— Да.
— Я нашла передачи с девятнадцатью строками кодирования. Я так полагаю, это сообщения между тобой и Верховным адмиралом.
— Предполагаешь?
— Я не открывала их, — она посмотрела на него.
— Я дал тебе свои коды.
— Я знаю…
— Что?
— Дав мне свои коды, ты можешь получить серьезные проблемы за это.
— Это не имеет значения.
— Не начинай снова, пожалуйста. Твоя карьера важна, Уильям. Из-за меня было достаточно ущерба. Я не собираюсь причинять еще больше сознательно!
— Так ты собираешься защитить меня.
— Ты не заслуживаешь того, чтобы люди сомневались в тебе, когда ты делаешь свою работу, — притянув ее к себе на колени, он просто держал ее минуту.
— Спасибо тебе, — его голос был хриплым. Протянув руку позади нее, он ввел свой код, проигрывая передачи.
Кассандра слушала, как адмирал вызывал Верховного адмирала, рассказал ему о своих подозрениях, попросил «Диоскури» заменить «Возмездие», зная, что это будет значить.
Он почувствовал, как она застыла в его руках, но ничего не сказала. Это всегда будет больной темой для них. Прослушав все остальное, она слышала разочарование Верховного адмирала. Но так же она поняла кое-что еще.
— Ты никогда не говорил ему, что мы замешаны в это, — сапфировые глаза смотрели на него.
— Нет.
