Она боролась за жизнь в течение двух недель… Я видела, как мой отец страдал, зная, что он теряет свою вторую половинку, пытаясь поверить, что она поправится. Я наблюдала за моей бабушкой, зная, что она теряет свою единственную дочь.
— Кассандра…
— Пожалуйста, выслушай, — она дождалась, пока он кивнул."
"— Наблюдая за ними, я горевала, — Уильям видел боль в ее глазах. — Но не по тем причинам, каким ты думаешь. Я горевала, что ни один мужчина никогда не полюбит меня так, не будет скорбеть обо мне так, что я никогда не узнаю боли потери ребенка, потому что никогда не познаю радости от его рождения.
Видишь ли, я знала тогда… в девять… что на Земле для меня нет родственной души. Я ни с кем не захочу иметь ребенка. Так что у меня никого не будет.
— Я твоя родственная душа, Кассандра. Я дам тебе столько детей, сколько ты захочешь, — голос Уильяма был хриплым, но сильным.
— Почему? Ты не можешь доверять мне. Почему ты веришь, что я могу быть как Салиш… или Фалько.
— Нет! Черт возьми, я знаю разницу… Я знаю, кто ты и какая ты.
— Мои слова достаточно правдивы для тебя, Уильям? Или тебе нужно, чтобы я доказала свою правоту?
— Тебе ничего не надо доказывать мне.
— Тогда и ты пойми, Уильям. Тебе ничего не надо мне доказывать, — она наклонилась вперед, чтобы чмокнуть его в губы. — Я люблю тебя, — она поцеловала его немного дольше. — Я не собираюсь отпускать тебя, — на этот раз она полностью отдалась чувствам, поцеловав его более страстно и напористо, прижавшись к его груди и обхватив руками шею.
Осторожно перекатив ее на спину, Уильям разорвал поцелуй. Смотря в ее изумительные голубые глаза, он знал, какой подарок ему подарили. Он видел свое будущее в ее глазах… это она.
— Я люблю тебя, Кассандра. Я никогда не предам твое доверие. Я буду верить тебе несмотря ни на что. Я никогда не отпущу тебя, — он наклонился и страстно, но быстро поцеловал ее. — Я также собираюсь убедиться, что ты будешь заботиться о себе, даже если тебе это не нравится, — скатившись с кровати, он направился к центру связи заказать еду.
— Уильям,… сколько сейчас времени?
— Рано. Но ты поешь. Потом еще немного поспишь. Я не хочу, чтобы ты снова потеряла сознание, — сев на край кровати, он запустил пальцы глубоко в ее волосы. — Я люблю тебя. Я буду защищать тебя даже от самой себя, — когда она открыла рот в знак протеста, Уильям остановил ее жестким поцелуем.
— Черт, с тобой трудно спорить.
