Кому еще?
Закрытый взгляд, который появился в глазах Кассандры, заставил Уильяма понять, что он причинил ей боль. Усталость в голосе напомнила ему, что менее двадцати четырех часов назад она чуть не умерла.
— Кассандра…
— Кому? — острая боль его неприятия почти украла ее голос.
— Куинну, Хуту, Блайанту.
— То есть всем, кроме меня. Ты доверял всем, кроме меня, — ее голос был пустой и безэмоциональный. — Я не Салиш, Уильям. Я не лгала, не обманывала тебя. Я доверяла тебе с самого первого момента, когда попала к вам.
Все, что произошло с тех пор, только укрепило это доверие, для меня, но тогда я просто глупая беженка, — она использовала термин Фалько, когда повернулась, чтобы уйти. Уильям не мог сдвинуться с места. Слова Кассандры, то, что она сказала, так же, как ее тон, сказал ему, какую сильную боль он причинил ей.
Он доверяет ей. Его опыт с бывшей женой не влиял на него. Но? Разве он не продолжал искать ложь в ее словах? Как он поступил, когда обнаружил ее родимое пятно? Теперь Фалько. Вчера он едва не потерял ее, а сегодня оттолкнул.
Неудивительно, что она рассказала Лукасу о своих проблемах.
Повернувшись за ней, он обнаружил, что она остановилась у все еще закрытой двери. Боль в ее глазах ошеломила его.
— Ты должен был отпустить меня, Уильям. Так было бы лучше для всех, — сказав это, она закрыла дверь.
* * *По другую сторону двери Уильям не мог дышать, казалось, что его сердце вырвали из груди. Он сделал это с ней? Она пожалела, что вернулась к нему. Его спутница жизни. Его недоверие к ней разрушило то, что они строили? Она приняла его с самого начала.
Она была открыта и честна с тем, что чувствовала, даже если это смущало ее. Но сделал ли он то же самое? Он должен это исправить.
Открыв разделяющую дверь, он обнаружил, что Тори сидела в кресле и читала. Она посмотрела на него глазами, слишком взрослыми для такой юной девочки. Кассандра лежала на диване с закрытыми глазами.
— Шшш… — сказала Тори ему тихим голосом. — Тетя Кэсси устала.
Уильям присел рядом с диваном, замечая, насколько бледная ее кожа, какими темными были синяки под глазами, которые не имели ничего общего с взрывом.
Лаская ее щеку, он заправил ее темную прядь за ухо. Он поднялся и подошел к кровати, стянул одеяло и нежно укрыл ее.
— Ты в порядке? Мне нужно будет уйти.
— Конечно. Тетя Кэсси и я, мы заботимся друг о друге.
— У вас обеих это хорошо получается, — Уильям поднялся и посмотрел на часы. — Когда проголодаешься, позвони Хуту, он принесет тебе поесть.
